В главах «Тридцатилетняя война» и «Результаты» используются ряды однородных членов - сказуемых, не сочетающихся ни по стилю, ни по смыслу: «Целые полки под командой глупых, с тупыми физиономиями полководцев носились из страны в страну, орали, молились, поджигали, разоряли, славили Бога, грабили, горланили гнусавыми голосами псалмы и вешали пойманных иноверцев...». В другом ряду - «разные Фридрихи, Фердинанды и курфюрсты» -об исторических личностях говорится с намеренным снижением, как о неодушевленных предметах.
В юмористических целях Дымов также применяет диалог и прямую речь, в которых лексика не соответствует ни историческому времени, ни историческим лицам.
западноевропейские фасоны платья и обуви, головных уборов и зимней одежды вводились насильственным путём, по указу свыше. К середине XVIII в. мода на иностранные наряды вошла в привычку. Вначале русские дворяне выписывали платья и камзолы из Европы, а вскоре стали приглашать портных из Франции, Австрии, Голландии прямо в Петербург. После Французской революции парижские модистки-эмигрантки открывали в России свои магазины и мастерские, где изготовлялись модные платья, шляпки и красивое бельё для столичных щёголей.
Одежда и обувь полностью поменялись с традиционных русских на типичные западноевропейские. Обязательной принадлежностью мужского аристократического костюма была белоснежная рубашка из тонкого полотна с пышными кружевными манжетами и разрезом, спереди украшенным кружевными оборками – «жабо». Поверх рубашки надевали «весту» – узкую распашную куртку из яркой шелковой ткани с вышивкой с узкими длинными рукавами, которые не сшивались, а скреплялись по локтевому шву в нескольких местах. Эта куртка застегивалась впереди на талии до середины груди, открывая жабо. Поверх рубашки и весты мужчины носили «аби», который плотно облегал грудь и талию, имел несколько складок-фалд в боковых швах, и шлицу с фальшивой застежкой на спине. Парадные аби шили из атласа или шелка и украшали вышивкой борта и карманы, а манжеты делали из той же ткани, что и весту. Мужчины носили «кюлоты» — узкие штаны длиной до колена или немного ниже его. Они застегивались внизу на пуговицу, и иногда у них были карманы. Поверх кюлотов надевали белые шелковые чулки. Обувью служили башмаки в квадратными носами и пряжками, которые иногда были сделаны из драгоценных металлов, у особо богатых людей украшены драгоценными камнями. Перчатки, плащи шпага на поясной портупее дополняли костюм.
Женщина в костюме той эпохи напоминала изящную фарфоровую статуэтку. Силуэт костюма ярких и светлых тонов был очень женственным и подчеркивал нежность хрупких плеч, тонкую талию и округлость бедер. Женщины носили нижнюю сорочку, корсет и «фижмы» – облегченный каркас, на котором юбка лежала свободно, падая широкими складками. Фижмы делали из ивовых прутьев или китового уса, прокладывая валиками и слоями простеганной ткани. Проходить в двери, садиться в карету в них было очень неудобно, при изготовлении каркаса стали использовать шарниры. Придворное платье имело шлейф, который пришивался к плечам или к талии. Женщины носили нижнее и верхнее платья – «фрепон» и «модест». Подол фрепона богато вышивался, лиф был очень узким, под него надевали корсет. Платье модест было распашным от талии, и по краям разреза его украшали богатой вышивкой. Лиф модеста скреплялся на груди бантами или шнуровался. Банты располагались на груди так называемой «лестницей» – уменьшаясь по величине сверху вниз. Декольте в форме каре украшали кружевами. Узкий, гладко вшитый у плеча рукав дополнялся пышными кружевными воланами (чаще всего их было три). Шею дамы иногда повязывали легкой шелковой косынкой. Дамские чулки были светлые шелковые с вышивкой золотом или серебром. У женщин были открытые туфли из атласа или тонкой цветной кожи на высоком каблуке.
В юмористических целях Дымов также применяет диалог и прямую речь, в которых лексика не соответствует ни историческому времени, ни историческим лицам.