В какое государство согласно Священной Книге Авесте входил Хорезм?8.Какие находки были найдены учеными на территории Хорезма?9.0бьясните названия Хорезм.Авеста
В 1920-е гг. правительствам великих держав, победивших в мировой войне, удалось найти общий язык и выработать согласованную линию в решении наиболее крупных международных проблем. Достигнутый консенсус и стал основой дальнейшего развития Версальско-Вашингтонской системы. Несмотря на всю свою противоречивость, послевоенный мировой порядок, юридически оформленный в Париже и Вашингтоне, был не только сохранен, но и в известном смысле упрочен. Во всяком случае центростремительные и конструктивные силы в это время преобладали над центробежными и деструктивными тенденциями. Другой характерной чертой рассматриваемого периода стало широкое распространение пацифистских идей и настроений никогда ранее не выдвигалось столько миротворческих проектов и не проводилось столько конференций по обеспечению мира и международной безопасности, как в двадцатые годы. Неслучайно в исторической литературе третье десятилетие XX в. часто называют «эрой пацифизма». Небывалая популярность пацифистских планов и программ объяснялась действием различных факторов: трагическими последствиями Первой мировой войны и всеобщим стремлением предотвратить подобные военные конфликты в будущем; необходимостью восстановления разрушенного хозяйства и финансовой системы, что предполагало в качестве важнейшего условия стабилизацию международных отношений; активизацией миротворческой деятельности либеральной и демократической интеллигенции, а также приходом к власти в ряде европейских стран политиков внешнеполитическая концепция базировалась на принципах пацифизма (Э. Эррио во Франции, Дж. Р. Макдональд в Англии и др.). Однако наиболее значимая причина всплеска пацифистских устремлений крылась в самом характере международной обстановки, сложившейся к середине 1920-х гг. Ее уникальность состояла в том, что правительственные круги всех без исключения великих держав, хотя и по разным мотивам, были заинтересованы в сохранении мирного статус-кво. Ведущие державы-победительницы (США. Англия, Франция) выступали против любых попыток силовой деформации Версальско-Вашингтонской системы, создателями которой они являлись. Побежденные государства (прежде всего Германия), а также державы, считавшие себя «незаслуженно обделенными» постановлениями Парижской и Вашингтонской конференций (Италия и Япония), не обладали в то время достаточной мощью для военной ревизии установленного международного порядка и использовали дипломатические, т.е. мирные средства и методы для реализации своих внешнеполитических целей. Что касается Советского Союза, то его партийно-государственное руководство, не отказываясь от лозунгов пролетарского интернационализма, сконцентрировало свои усилия на укреплении международных позиций СССР на основе принципов мирного сосуществования. Не последнюю роль в формировании этого курса сыграл разгром «антипартийной группировки» во главе с Л.Д. Троцким, осуждение ее революционного максимализма, отрицавшего саму возможность построения социализма в СССР без победы мировой революции. И.В.Сталин, провозглашая Советский Союз «рычагом» и «базой» развития мирового революционного процесса, отстаивал самостоятельное значение социалистических преобразований в стране, что, в свою очередь, требовало создания благоприятных внешнеполитических условий поддержания «мира во всем мире» и нормализации отношений капиталистическими державами. Таковы были реальные предпосылки «эры пацифизма».
Император Павел I вступил на престол уже в зрелом возрасте (в 42 года), после десятилетий тщетных ожиданий.Он, по справедливому замечанию Р. М. Введенского, «был преисполнен неприятия того, что видел вокруг себя».* * Введенский Р. М. Указ. соч. С. 289.Естественно, его первым порывом стало стремление изменить наследие предшествующего правления, правления Екатерины II. В определенной степени на это наложили отпечаток более чем холодные, если не просто враждебные отношения Павла и Екатерины - сына и матери. И все же все изменения в сфере внутренней политики объяснить только этим мотивом было бы неправильно.Несомненно, у Павла имелся свой взгляд на многие составляющие внутренней политики. Целью затеянных им реформ было укрепление самодержавной власти, которая в представлении Павла имела несколько своеобразный облик. Укрепляя позиции самодержавной власти, Павел фактически продолжал, только в новых исторических условиях, традиции Петра I.* * А. Головатенко считает, что, укрепляя самодержавие, Павел продолжал традиции «отчасти и Ивана IV» (Головатенко А. История России: спорные проблемы. М., 1994. С. 113.) Павел считал, что перед лицом монарха все сословия одинаково бесправны. Это казалось ему лучшим решением проблемы взаимоотношений с подданными. Павел, в отличие от своей матери, в меньшей степени находился под влиянием своих фаворитов.В то же время военную реформу иначе как архаизмом назвать нельзя. Слепо копируя закостенелую прусскую систему, Павел своей реформой отбрасывал русскую армию на полвека назад.Отмена дворянских привилегий вовсе не означает, что политика Павла была антидворянской, очевидно, он стремился ограничить произвол дворянства ради собственного произвола.Сочетание здравого смысла и сумасбродства присущи и внешней политике Павла I. В сочетании с политикой внутренней произвол Павла стал невыносим для русского дворянства.Интересно отметить, что движущей силой заговора против Павла, как и в предыдущих государственных переворотах, явилась гвардия, олицетворявшая все и, прежде всего, столичное дворянство. Тем самым дворянство еще раз показало свою силу и необходимость соблюдения в первую очередь интересов дворянского сословия, являвшегося господствовавшим классом страны и опорой престола.
Другой характерной чертой рассматриваемого периода стало широкое распространение пацифистских идей и настроений никогда ранее не выдвигалось столько миротворческих проектов и не проводилось столько конференций по обеспечению мира и международной безопасности, как в двадцатые годы. Неслучайно в исторической литературе третье десятилетие XX в. часто называют «эрой пацифизма».
Небывалая популярность пацифистских планов и программ объяснялась действием различных факторов: трагическими последствиями Первой мировой войны и всеобщим стремлением предотвратить подобные военные конфликты в будущем; необходимостью восстановления разрушенного хозяйства и финансовой системы, что предполагало в качестве важнейшего условия стабилизацию международных отношений; активизацией миротворческой деятельности либеральной и демократической интеллигенции, а также приходом к власти в ряде европейских стран политиков внешнеполитическая концепция базировалась на принципах пацифизма (Э. Эррио во Франции, Дж. Р. Макдональд в Англии и др.).
Однако наиболее значимая причина всплеска пацифистских устремлений крылась в самом характере международной обстановки, сложившейся к середине 1920-х гг. Ее уникальность состояла в том, что правительственные круги всех без исключения великих держав, хотя и по разным мотивам, были заинтересованы в сохранении мирного статус-кво. Ведущие державы-победительницы (США. Англия, Франция) выступали против любых попыток силовой деформации Версальско-Вашингтонской системы, создателями которой они являлись. Побежденные государства (прежде всего Германия), а также державы, считавшие себя «незаслуженно обделенными» постановлениями Парижской и Вашингтонской конференций (Италия и Япония), не обладали в то время достаточной мощью для военной ревизии установленного международного порядка и использовали дипломатические, т.е. мирные средства и методы для реализации своих внешнеполитических целей. Что касается Советского Союза, то его партийно-государственное руководство, не отказываясь от лозунгов пролетарского интернационализма, сконцентрировало свои усилия на укреплении международных позиций СССР на основе принципов мирного сосуществования. Не последнюю роль в формировании этого курса сыграл разгром «антипартийной группировки» во главе с Л.Д. Троцким, осуждение ее революционного максимализма, отрицавшего саму возможность построения социализма в СССР без победы мировой революции. И.В.Сталин, провозглашая Советский Союз «рычагом» и «базой» развития мирового революционного процесса, отстаивал самостоятельное значение социалистических преобразований в стране, что, в свою очередь, требовало создания благоприятных внешнеполитических условий поддержания «мира во всем мире» и нормализации отношений капиталистическими державами. Таковы были реальные предпосылки «эры пацифизма».