Созданная в 1668-69 годах картина великого художника Рембрандта Харменса ван Рейна «Возвращение блудного сына» основывается на Библейском сюжете о Блудном сыне из Евангелия от Луки и является воплощением духовного и плотского, божественного, небесного и земного начал.
Данное полотно явилось результатом сомнений и мучительных чувств и переживаний зрелого автора. Он скорбит об утраченной молодости и сожалеет о невозможности изменить текущие дни. Многие искусствоведы и богословы трактовали изображение на картине с точки зрения воплощения земных страстей и божественной первоосновы.
Некоторые исследователи считают, что на картине художник изобразил себя в разных ипостасях, на разных стадиях духовного перерождения. С одной стороны, мастер представляет себя блудным сыном, кающимся в собственных грехах перед своим земным отцом и Богом, который изображён стариком. С другой – это старший сын, в котором воплощается совесть. Здесь же младший сын как символ упрека в грехах молодости. Старый отец принимает блудного сына, невзирая на его ошибки и промахи в жизни, он прощает его и жалеет.
Но стоит заметить, что художник не был чересчур набожным человеком. Он скорее думал по земному и обладал психологией простого человека, которому присущи земные страсти, страхи и переживания. Поэтому можно говорить, что «Возвращение блудного сына» есть иллюстрация того, как в одном человеке в конце его жизни происходит объединение внутреннего, духовного и внешнего, подверженного страстям мира.
В данном случае мытарь (блудный сын) содержит в себе воплощение сферы «дьявольских страстей», то есть молодости художника. Старший сын – совесть и мораль, основанные на божественных и общественных устоях.
Внутреннее «я» Рембрандта видно в центре картины. Он как бы наблюдает за тем, что происходит вокруг него. При этом он смотрит не только на персонажей картины, но и на зрителя, вовлекая его в свой мир переживаний.
Три слов'янські союзники (Болгарія, Сербія і Чорногорія) мали спільні плани взаємодії під час наступної війни, за протекцією Росії. (Греція не бралась до уваги). Сербія і Чорногорія мали атакувати Санджак, Болгарія та Сербія Македонію і Фракію.
Ситуація в Османській імперії була важка. Її населення було близько 26 млн осіб, але 3/4 населення мешкало в азійській частині імперії. Підкріплення мало прибути з Азії головним чином по морю, яке залежало від результату боїв між турецькими і грецькими флотами в Егейському морі.
Созданная в 1668-69 годах картина великого художника Рембрандта Харменса ван Рейна «Возвращение блудного сына» основывается на Библейском сюжете о Блудном сыне из Евангелия от Луки и является воплощением духовного и плотского, божественного, небесного и земного начал.
Данное полотно явилось результатом сомнений и мучительных чувств и переживаний зрелого автора. Он скорбит об утраченной молодости и сожалеет о невозможности изменить текущие дни. Многие искусствоведы и богословы трактовали изображение на картине с точки зрения воплощения земных страстей и божественной первоосновы.
Некоторые исследователи считают, что на картине художник изобразил себя в разных ипостасях, на разных стадиях духовного перерождения. С одной стороны, мастер представляет себя блудным сыном, кающимся в собственных грехах перед своим земным отцом и Богом, который изображён стариком. С другой – это старший сын, в котором воплощается совесть. Здесь же младший сын как символ упрека в грехах молодости. Старый отец принимает блудного сына, невзирая на его ошибки и промахи в жизни, он прощает его и жалеет.
Но стоит заметить, что художник не был чересчур набожным человеком. Он скорее думал по земному и обладал психологией простого человека, которому присущи земные страсти, страхи и переживания. Поэтому можно говорить, что «Возвращение блудного сына» есть иллюстрация того, как в одном человеке в конце его жизни происходит объединение внутреннего, духовного и внешнего, подверженного страстям мира.
В данном случае мытарь (блудный сын) содержит в себе воплощение сферы «дьявольских страстей», то есть молодости художника. Старший сын – совесть и мораль, основанные на божественных и общественных устоях.
Внутреннее «я» Рембрандта видно в центре картины. Он как бы наблюдает за тем, что происходит вокруг него. При этом он смотрит не только на персонажей картины, но и на зрителя, вовлекая его в свой мир переживаний.