япония до самых недавних пор казалась страной, одержимой тем, чтобы идти своим собственным путём. в неё долго не допускали европейцев, и даже элементы культуры соседей-азиатов противопоставлялись всему японскому как нечто явно чужое. в изоляции япония оказывалась без знаний о технических и общественных новшествах и в конце концов серьёзно отстала. однако так было не всегда, и в самом конце xvi века были все основания полагать, что культурные и торговые контакты с европой станут постоянными.
в 1542 году к японским берегам подошла китайская джонка. с неё сошли три человека с разноцветными волосами и глазами, одеждах, совершенно непохожих на кимоно, и с узким мечом на боку. это были португальцы, купцы, потерпевшие кораблекрушение. помимо мечей у них были с собой аркебузы, которые они, чтобы заинтересовать японцев, показали в действии — и научили, как изготовить такие же.
впрочем, есть легенда, что для получения секрета изготовления огнестрельного оружия кузнец по имени яита кимбэй отдал за одного из европейцев свою дочь, юную и нежную вакасаку. муж увёз её в далёкую португалию, но она так тосковала среди чужих разноцветных людей с громкими голосами и огромными глазами, что уже через год он приехал с ней назад в японию. дома вакасака уговорила семью представить всё дело так, словно она умерла от болезни. португалец, думая, что овдовел, снова уплыл, оставив вакасаку на её любимой родине.
люди из-за морей изумляли буквально всем. они по-другому кланялись, ели, сидели, и разговаривали друг с другом. они были долговязыми, бородатыми, с кожей, из которой волосы и волоски торчали буквально везде. они казались инопланетянами. но, судя по некоторым чисто приметам, они были точно такими же людьми, как и японцы с китайцами — просто , странными на вид и не знающими хороших манер. весь ум у них ушёл в разные хитрые изобретения.
любой путь, который открывали португальцы, немедленно становился торговым и немного — миссионерским. в японию хлынули товары из азиатских стран, лежащих на пути между португалией и японскими берегами. довольно скудная, крайне сдержанная до того японская кухня преобразилась. туда, например, проникли сладости и жареная на масле еда (а вместе с ней и слово «тэмпура» — искажённое tempora, «время»).
дело было не только в продуктах — раздробленная феодалами япония вдруг начала процветать. мастеровые переняли множество заграничных секретов, купцы распродавали заморские товары, ремесленники принялись объединяться в гильдии. нельзя сказать, что гильдии — чисто европейское изобретение, но процесс удивительным образом совпал с активностью португальцев в японии.
следом за португальцами прибыли испанцы, и с теми и другими — католические миссионеры. начался процесс, которым в дальних странах португальцы и испанцы предваряли или сопровождали процесс колонизации. монахи распространяли веру, которая давала чувство общности с европейцами и заодно учила смиряться перед любой властью, какая ни придёт; купцы продавали оружие, которым местные племена перебивали друг друга и которому местные князья ввязывались в междоусобные войны, соблазнённые возможностью ограбить соседа меньшими усилиями, чем обычно.
эффект внезапно получился обратный. японцы тяготели к представлению о сакральности власти, но в несколько ином ключе: что бы ни случилось, даже лишённый власти над страной император считался потомком великой богини аматэрасу и оставался священной и почитаемой фигурой. на момент, когда в страну прибыли португальцы, японию и без того раздирала междоусобица, и появление огнестрельного оружия только приблизила закономерный итог.
во-первых, японцы, наконец, одолели истинных хозяев тех островов, на которые некогда приехали азиаты — бородатых светлокожих айну. во-вторых, конфликты ожесточились и приближающаяся развязка ускорилась. в японии появился феодал, способный объединить раздробленную страну и посвятивший этому жизнь. кто будет считаться правителем захваченных им земель, даже не обсуждалось: конечно, император. под защитой своего верного вассала, второго человека после главного полубога страны. защитника звали ода нобунага.
остальное вот
са́ки (др. -перс. sakā, др. -греч. σάκαι,лат. sacae) — собирательное название группы ираноязычных кочевых и полукочевых племён i тыс. до н. э. — первых веков н. э. в античных источниках.
упоминаются у геродота. в древнеперсидских надписях четыре группы саков:
-хаомаварга, «варящие хаому — дурманящий напиток» , населявшие долину реки мургаб (у геродота и античных авторов — амюргии)
-тиграхауда, «в остроконечных шапках» (в бехистунской надписи дария i), проживавшие в предгорьях тянь-шаня (часто отождествляются с массагетами античных авторов) ,
-парадарайя, «которые за морем (за рекой)» ,
-, «за согдианой» , которые проживали в бассейне аральского моря в низовьях сырдарьи и амударьи.
однако подобное деление является условным, так как на самом деле многие среднеазиатские кочевники варили хаому в ритуальных целях, а остроконечный головной убор был отличительным знаком всех кочевых народов от дуная до байкала, причём вплоть до новейшего времени. таким образом, деление саков на «пьющих хаому» , «носящих остроконечную шапку» и «заморских» отражает скорее взгляд сторонних наблюдателей (в данном случае — персов) , чем истинное самоназвание сакских племён. некоторые названия сакских родов всё же сохранились в : массагеты, даи (дахи, даки, даги) , апасиаки, парны, кангхи и др.
в древнеперсидских источниках саков называли «могучими мужами» , а иранские — «турами с быстрыми конями» . сходству со скифами древнегреческие авторы называли саков «азиатскими скифами»
образ жизни саков был оседло-кочевой. в степях западного и отчасти центрального казахстана встречалось кочевое скотоводство. в степных и полустепных районах западного и южного казахстана у саков развивалось верблюдоводство. верблюд использовался как вьючное животное. меньшую роль в хозяйстве саков играл крупный рогатый скот. на юге казахстана в долине сыр-дарьи развивалось земледелие.
в vii—iii вв. до н. э. сакские племена объединились в союзы. во главе этих союзов стояли верховные вожди. их называли царями. цари избирались советом вождей. государственные дела обсуждались на народном собрании. царь распределял между и племенами пастбища и другие земельные угодья.
сакские женщины пользовались равными правами. в vi веке до н. э. массагетами царица томирис. известно также имя царицы зарины. в сакском обществе выделялись три группы населения: воины, жрецы, общинники. каждому сословию соответствовали свои традиционные цвета: воинам — красный, жрецам — белый, общинникам — жёлтый и синий. из сословия воинов происходили вожди и цари. царь считался посредником между небом и землёй.
царь проводил первую борозду на весенней пахоте, что демонстрировало его связь с народом. войны были выгодны для племенных вождей. пленных превращали в рабов и использовали в хозяйстве. тип общества саков — военная демократия
1) Источник не является ни вторичным, ни первичным, потому, что не предоставляет информации о роли Абылай хана в освободительной борьбе
2)Автор осуждает деятельность хана, раскрывая не справедливое отношение к народу и чрезмерную жестокость
3) Пытается защитить народ от произвола хана
1. С точки зрения историка: Данный источник не представляет большую ценность для историка, тк не содержит информации по теме. 1/5
2. С точки зрения читателя: произведение интересно тем, что дает возможность восполнить картину о личных качествах хана.
Объяснение:
Вроде так правильно.