За 30 лет (1868-1897) на Кубань переселилось около миллиона человек, абсолютное большинство из которых осели в казачьих станицах. Городов на Кубани было немного, но и в них к концу XIX в. стало преобладать «пришлое население». В Екатеринодаре его доля составляла 54 процента, в Новороссийске -83. На Кубань шли переселенцы из центральных и южных регионов Европейской России, особенно много - из Воронежской, Курской, Орловской,. Полтавской и Харьковской губерний. Существенно изменилось и соот1гошёиие казачьего и неказачьего населения. Если в 1860-х годах казаки составляли на Кубани более 90 процентов жителей, то к концу века — менее половины, Пришлые, или, как их называли, «иногородние», крестьяне в большинстве своём покупали на Кубани усадебные участки, занимаясь сельским хозяйством (как правило, на арендованной земле), торговлей и ремеслом. В юридическом и экономическом отношении иногородние представляли собой наиболее бесправную часть кубанского населения.
Объяснение:
Главное требование петиции, выраженное в 6 пунктах (избирательное право для всех мужчин старше 21 года, тайное голосование, отмена имущественного ценза для депутатов, равные избирательные округа, вознаграждение депутатов, годичный срок парламентских полномочий) и сводившееся к всеобщему, прямому, тайному и равному избирательному праву, было чисто политическим и соответствовало желаниям радикальной части буржуазии; предшественниками чартистов по отношению к этому требованию были ещё в XVIII в. Картрайт (Cartwright), Вилькс, Годвин, в XIX в. Коббет, Аттвуд и в особенности Фрэнсис Плэс (Place), из коих последние два принимали участие и в самом чартистском движении. Другие требования чартистов, имевшие экономический и социальный характер, были выражаемы в их петициях в менее определённых формах, не в требовательных пунктах, а в мотивировке. Тем не менее именно они, несмотря на всю их невыясненность для самих вождей, являлись центром тяжести движения.