Корпус Ермолова в тяжелых условиях, не получая никаких подкреплений, отразил нашествие вчетверо превосходивших его численностью иранских войск и отбросил их за Аракс. После этого в марте 1827 г. Николай I сместил Ермолова и назначил на его место своего фаворита — Ивана Федоровича Паскевича. Этот генерал отличался средними но, благодаря благоволению монарха, стойкости русских солдат (особенно тех, которые школу Ермолова) и капризу фортуны, сделал ослепительную военную карьеру, став фельдмаршалом и светлейшим князем. Придворные псалмопевцы расточали ему хвалу как гению. Отец Паскевича — бывалый украинский помещик — заметил по этому поводу: «Що гений, то не гений, а що везе, то везе...» Получив крупные подкрепления, Паскевич успешно продолжил наступление, уже начатое Ермоловым. Он освободил Ереван, вступил в Тебриз и чуть ли не церемониальным маршем повел свои войска на столицу Ирана Тегеран. Иранский шах запросил мира. 10 (22) февраля 1828 г. в иранском местечке Туркманчай был подписан мирный трактат между Ираном и Россией. Текст его большей частью составил А.С. Грибоедов, проявивший себя блистательным дипломатом. Он же доставил трактат в Петербург. По условиям Туркманчайского мира Россия отняла у Ирана восточную Армению с городами Ереван и Нахичевань и развязала себе руки для борьбы с Турцией. Николай I еще летом 1827 г. заявил о необходимости «принудительных мер» против Турции в защиту греков, которые продолжали с 1821 г. борьбу за независимость. Чтобы удержать Россию от единоличного выступления, Англия и Франция согласились вместе с ней блокировать греческое побережье и тем самым воспрепятствовать переброске турецких войск в Грецию. При этом западные державы хотели ограничиться «дружеской демонстрацией силы», не ввязываясь в войну с турками. Но, когда союзная эскадра вошла в Наваринскую гавань, где располагался турецкий флот (20 октября 1827 г.), турки открыли огонь. Завязалась ожесточенная битва, в которой флот турок был уничтожен. Решающую роль сыграли здесь русские моряки, в особенности экипаж крейсера «Азов» под командованием капитана 1-го ранга М.П. Лазарева — замечательного мореплавателя (первооткрывателя Антарктиды) и флотоводца. На борту «Азова» сражались ученики Лазарева — П.С. Нахимов, В.А. Корнилов, В.И. Истомин, будущие герои Севастопольской обороны. «Азов» один потопил два больших фрегата и корвет, сжег флагманский корабль турок с главнокомандующим на борту, заставил выброситься на мель 80-пушечное линейное судно. За этот подвиг крейсер «Азов» был награжден Георгиевским флагом — первый случай такой награды в истории русского флота. В Лондоне и Париже о Наваринском сражении узнали с досадой. Король Англии Георг IV публично, в тронной речи назвал его «горестным событием». На полях указа о награждении адмирала Э. Кодрингтона, который командовал соединенной эскадрой при Наварине, король приписал: «Я посылаю ему ленту, хотя он заслуживает веревки». Послы Англии и Франции старались успокоить возмущенного султана, заверяя его в том, что их державы не хотят войны с Турцией и не поддержат Россию в случае русско-турецкого столкновения. Султан расхрабрился и призвал своих подданных к «священной войне» против России. Война началась весной 1828 г., как обычно в русско-турецких войнах, — на двух фронтах: дунайском и кавказском. На Дунае русскими войсками командовал первый николаевский фельдмаршал П.Х. Витгенштейн, на Кавказе — Паскевич. Русская армия была явно сильнее турецкой, но Витгенштейн чрезмерно осторожничал всю кампанию 1828 г. и расположился на зимние квартиры, почти ничего не добившись. Паскевич, тоже не торопясь, успел тем не менее взять несколько турецких крепостей и подступил к сильнейшей из них — Карсу. Штурм Карса он назначил на 25 июня (день рождения Николая I), что могло бы кончиться для него плохо, ибо на карскому гарнизону спешили войска Киос-паши. Только инициатива дивизионных генералов, завязавших бой 23 июня, погубила Каре и выручила Паскевича. То был первый в истории русско-турецких войн победоносный штурм Карса . Все лавры этой победы достались Паскевичу, которому теперь царский двор курил фимиам больше прежнего, как «русскому Ахиллу».11
МИНОЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ существовала во II тысячелетии до н.э., с центром на острове Крит. Первая великая цивилизация наевропейской почве, предшественница культуры античной Греции. Крит находится в Средиземном море в 100км к югу от материковой Греции. Это узкий, вытянутый с запада на восток гористый остров с благоприятнымдля земледелия климатом, довольно плодородной почвой и превосходными мелкими гаванями вдольглубоко изрезанного северного берега. Здесь-то, зародившись ок. 4000 лет назад, развилась, расцвела иугасла цивилизация, известная ныне под названием минойской. Минойцы были народом мореплавателей, свысокоразвитой и сложной системой религиозного культа и устойчивыми торговыми традициями. В эпоху,когда минойцы достигли максимального могущества, их флоты плавали от Сицилии и Греции до Малой Азии,Сирии, Финикии и Египта. Минойские ремесленники производили не только массовую продукцию, но икерамику с изумительными по красоте росписями, и чрезвычайно разнообразные резные самоцветы длярелигиозных целей и украшений, они строили великолепные дворцы, а стены расписывали изысканнымифресками. Археологическое открытие минойской цивилизации состоялось лишь в 1900, несмотря на то, чтогреческие мифы и литература были с самого начала наполнены сказаниями о богатстве и мощи Крита. Вгомеровской Илиаде на заре греческой литературы упоминается царь Минос, правивший в городе Кноссе занесколько поколений до Троянской войны. Согласно греческому мифу, Минос был сыном финикийскойпринцессы Европы и бога Зевса, который, превратившись в белого быка, похитил ее и доставил на Крит. В туэпоху Минос был самым могущественным государем. Он принудил Афины регулярно платить ему дань,присылая юношей и девушек, которые становились пищей быкоголового чудовища Минотавра. Афиныосвободились от этой повинности после того, как герой Тесей убил Минотавра с дочери МиносаАриадны. Миносу служил хитроумный мастер Дедал, который построил лабиринт, куда попался Минотавр. В19 в. немногие серьезные ученые верили, что у этих легенд имеется какое-либо историческое основание.Гомер был поэтом, а не историком, и считалось, что большие города, войны и герои - всецело плод ихвоображения. Однако Генрих Шлиман верил гомеровскому повествованию о Троянской войне. В 1873 онобнаружил в Малой Азии развалины Трои как раз на том месте, где помещал Трою Гомер, а в 1876 повторилто же самое в Микенах, городе, где правил царь Агамемнон, который повел объединенную греческую армиюпротив Трои. Престиж Гомера был восстановлен. Открытия Шлимана вдохновили любителя древностей и журналиста Артура Эванса, который решил, что раз Троя , то существовать мог и Кносс. В 1900 Эванс начал на острове раскопки. В результате былобнаружен колоссальный дворец и обилие росписей, керамики, драгоценностей и текстов. Однакообнаруженная цивилизация явно не была греческой, и Эванс назвал ее минойской, по имени легендарногоцаря Миноса.
