Надо. назовите черты характера аракчеева и определите его взаимоотношение с александром1. был ли реален проект крепостного права аракчеева в условиях россии первой четверти 19 века. был ли принят проект аракчеева. когда стали создаваться военные поселения? как они создавались? расскажите о жизни мирных поселят. отношения отчества к аракчеева и проводимом им курсу. если ответите на все и правильно а не писать всякое фуфло чтобы получить я вас благадарю. от
<Вступление> Немало написано и напечатано о жизни и деятельности графа Аракчеева. В многочисленных мемуарах начала XIX столетия встречаем нередко отзывы современников о личности знаменитого временщика и рассказы о различных фактах из его жизни. К этим данным мемуарной литературы присоединяется значительный запас подлинных документов, писем и разного рода официальных актов, бросающих свет на жизненный и служебный путь этого страшного человека, при одном упоминании о котором тысячи наших недавних предков дрожали и крестились от ужаса. Однако все эти данные, отрывочные и разбросанные, до сих пор еще не сведены в одно целое*. А ведь стоит заняться такой сводкой. Аракчеев дал свое имя целому тринадцатилетию нашей истории (1812-1825), которое зовется "аракчеевщиной" подобно тому, как в XVIII столетии время правления Анны было прозвано "бироновщиной". Интерес к Аракчееву усиливается еще тем обстоятельством, что время его всевластия пало на царствование государя, вступившего на престол в ореоле поборника либеральных начал. Каким образом "аракчеевщина" стала возможной под скипетром Александра I? Что связывало эти две столь несродные натуры? Какое сочетание условий создало ко второй половине царствования Александра I безудержный рост воинствующей реакции, тупо и бессмысленно загонявшей в революционное подполье лучший цвет общественных сил? Все эти вопросы, неизбежно возникающие около имени Аракчеева, имеют большую важность как для изучения царствования Александра I, так и для размышлений над более общим вопросом об исторической природе тех бурных пароксизмов реакционного террора, которые не перестают вспыхивать время от времени на всем пространстве нашей новой истории вплоть до самых последних ее моментов. * Во втором томе "Русского биографического словаря" помещена биография Аракчеева, но эта статья ценна лишь в качестве надежной хронологической канвы жизни и службы Аракчеева. О личности Аракчеева и его исторической роли названная статья, написанная тоном какой-то официальной реляции, не дает правильного понятия. Пушкин, разговаривая со Сперанским, сказал: "Вы и Аракчеев, вы стоите в дверях противоположных этого царствования, как гении зла и блага"*. * Пушкин А. С. Отрывки из дневника. - Сочинения. М., 1882. Т. V. С. 233. Салтыков в поразительной по силе сатирического удара "Истории одного города" попытался заглянуть в душу страшного временщика и в своем Угрюм-Бурчееве создал поистине ужасающую фигуру героя бессмысленной воли, у которого стихийная, всесокрушающая настойчивость шла вровень только с безумной нелепостью занимавших его планов и начинаний. "Закапывай реку, вороти ее вспять!" - приказывает Угрюм-Бурчеев подвластной толпе, и тысячи народа истекают кровью над исполнением заведомо бессмысленного приказа, покоряясь железной воле своего повелителя. Взгляды Пушкина и Салтыкова на деятельность Аракчеева примыкают к наиболее распространенному воззрению, которое, на мой взгляд, представляет Аракчеева выше его действительного духовного роста. Мрачный ли дух зла, двигающий ли массами фанатик бессмысленных планов - и в том и в другом случае Аракчеев рисуется как человек сильного почина, властно порабощающий себе окружающих людей. Такое воззрение совпадает с распространенным объяснением происхождения "аракчеевщины": Аракчеев подчинил себе духовно Александра, Ариман восторжествовал над Ормуздом, и, следовательно, аракчеевщина возникла вопреки Александру; самого же Александра можно упрекнуть только в слабости воли, в мягкой уступчивости, в том, что он не сумел совладать со своим злым демоном. И, относя все мрачное на свет Аракчеева, это воззрение создает из него, как из некоей темной глыбы, лишь пьедестал для вящего возвеличения духовной красоты того, кому он служил. Историческая действительность, однако, отнюдь не подтверждает этого распространенного воззрения. На самом деле все было совершенно иначе. И прежде всего в самом Аракчееве при внимательном изучении его личности нельзя подметить ни одного грана крупной духовной силы, хотя бы мрачной, хотя бы извращенной. Он сам охарактеризовал себя гораздо правильнее, нежели Пушкин и Салтыков. Он вовсе не притязал на роль демона или стихийно-фанатичного изувера. Он любил называть себя просто: "истинно русский неученый дворянин", и только. Знают ли современные "истинно русские" дворяне, что первоначальным творцом того прозвища, которым они теперь так гордятся, был их прямой исторический предок - граф Аракчеев? "Истинно русский неученый дворянин" - это нечто гораздо более прозаическое, нежели "демон зла" и нечто гораздо менее устойчивое, нежели фанатик хотя бы и бессмысленной идеи. Это просто - служилый холоп, преданный "без лести", но при непременном условии получения за свою преданность соответствующих подачек. Таким и был друг сердца Александра - граф Аракчеев.