Потому что фактически монголы являлись их владельцами. Русь( орда) выплачивала им дань, и князья получали от ханов ярлык на великое княжение. Этот период назывался вассальной зависимостью.
Наиболее глубокие корни западная цивилизация пустила на Североамериканском континенте. Ценности западной технократической цивилизации были усвоены и развиты в США. США начинали свой исторический путь как английская колония. Первые поселения британских колонистов появились в Северной Америке в начале XVII века. За ними последовали немцы, голландцы, французские гугеноты и т. д. К середине XVII века в северных колониях начали появляться города, в которых интенсивно развивалась промышленность и торговля. Однако в течение XVII-XVIII веков североамериканские колонии представляли собой по преимуществу аграрное общество. В сельском хозяйстве было занято 8/10 населения. Английские короли стремились установить за океаном феодальные отношения. Они раздавали земли своим приближенным, жаловали хартии, согласно которым землевладелец мог отдавать свои земли зависимым производителям. Феодализм не пустил глубоких корней на Североамериканском континенте. В превращенной форме наибольшее развитие он получил в южных колониях, где надолго утвердилось плантационное хозяйство, основанное на рабском труде. На севере же развивалось капиталистическое сельское хозяйство в виде фермерства. Этому огромные неосвоенные пространства земли. Беднейшие колонисты самовольно захватывали свободные земли и становились независимыми собственниками земли. По мере консолидации североамериканского общества, роста самосознания американского народа в Северной Америке начали развиваться сепаратистские тенденции. В 1775-1781 годах в Северной Америке происходила война за независимость. Эта война увенчалась успехом. В 1776 году была принята Декларация независимости. Американская Декларации независимости была одним из самых прогрессивных документов, отражающих мировоззрение просветителей. “Мы считаем следующие истины самоочевидными: что все люди созданы равными, что они наделены Создателем известными неотъемлемыми правами, среди которых право на жизнь, на свободу, на стремление к счастью; что с целью обеспечения этих прав, люди создают правительства, что когда любая форма правления становится разрушительной по отношению к этим целям, народ вправе изменить или упразднить ее”—говорится в этом документе, написанном великим американским просветителем Т. Джефферсоном. В 1787 году была принята Конституция Америки, а в 1791 —Билль о правах. Независимая Америка превратилась в демократическое федеративное государство, с динамично развивающейся экономикой. Высокие темпы развития позволили США в скором времени догнать, а затем и перегнать многие развитые капиталистические страны. В историографии закрепился термин “американское чудо”. Каковы же истоки “американского чуда”? Объясняя этот феномен, исследователи называют ряд факторов. Немецкий социолог и историк М. Вебер в работе “Протестантская этика и дух капитализма” интенсивное развитие капитализма в США связывает с особым духовным зарядом, который содержало учение английских протестантов-кальвинистов, переселившихся в Америку целыми общинами в результате преследования на родине правительством. Кальвинисты рассматривали всякий труд как богоугодное дело, осуществление божественного призвания. Успех в трудовой сфере, предпринимательской деятельности расценивался ими как показатель божественного покровительства. Не менее важную роль играли демократические традиции, которые принесли с собой английские колонисты. Эти традиции в результате Американской революции получили свое дальнейшее развитие. Распространенное в американском обществе ощущение свободы и больших возможностей для самореализации стали мощным фактором для активной хозяйственной деятельности. Реализации “американского чуда и то решение национального вопроса, которое осуществилось в США. США называют “этническим котлом”, в котором в результате взаимодействия различных культур, складывалась новая этническая общность — “американский народ”, ассимилирующий все богатство накопленного этими народами опыта. Не малое значение в этом про
Впервые в своей истории капитализм достиг своих физических пределов, охватив все населенные регионы планеты. В отличие от веков далее расширяться ему некуда. И только одно это предопределяет конец данной социально-экономической формации. Капитализм не может без расширения своих пределов, причем в силу нескольких своих особенностей. Еще в поза веке экономисты установили: работники и капиталисты в совокупности производят товаров и услуг больше, чем могут потребить сами. Им нужны все новые и новые рынки сбыта. Это диктуется и стремлением капитализма к прибыли в как можно более сжатые сроки, так и кредитным характером производства. Сама система ссудного процента (ростовщичество) требует экспансии. В 1990-е годы чисто географические пределы были достигнуты: капитализм рапространился.Затем были выбраны временные пределы: надуты кредитные пузыри – домохозяйства и государства выбрали спрос на годы и десятилетия вперед. Точно так же до предела довели недолговечность товаров. Попытки придумать искусственные потребности, создав столь же придуманный спрос, мало к чему привели. Теперь капитализм задыхается и пожирает сам себя. Ибо смена экономической парадигмы означает смену социально-экономического строя. Капитализм не может жить при замкнутом рынке. Да и технологии новой волны (Шестого и Седьмого техноукладов), будучи сверхэффективными (заменяя собою десяток нынешних работников на одного-двух или вовсе на безлюдные производства) и ресурсосберегающими, разрушают целые цепочки прежнего бизнеса и закрывают целые отрасли привычной индустрии. Новая парадигма потребует совершенно иного стиля жизни, отказа от глупого потребительства, совершенно новой философии. Ибо не секрет, что нынешний капитализм эксплуатирует семь смертных грехов человечества. А новый строй – это угроза потери власти и привилегий прежней капиталистической элитой, высший эшелон коей – финансовая «аристократия». Достижение географических и временных пределов, произошедшее впервые в истории, делает системный кризис капитализма неотвратимым. Все нынешние нарушения капиталистических законов (усиленная эмиссия денег, раздувание государственных долгов, перекладывание убытков корпораций на плечи государств, национализация банков и прямая бюджетная властей терпящим бедствие компаниям) – только оттяжка финала. Долгие годы современный капитализм мог сокращать издержки производства и уменьшать налоговые выплаты, перемещая реальный сектор с Запада (с его высокими налогами и дорогой рабочей силой) в страны Востока – где и налоги минимальны, и рабочая сила дешева. Дешева за счет низких социальных гарантий и возможности черпать рабочие руки из огромной восточной Деревни, казавшейся неисчерпаемой. Теперь процесс «перелива» тоже приходит к концу. Двадцать лет форсированной индустриализации Востока привели к «дерурализации» (раздеревниванию) в теплых дешевых странах. Правительства стран Востока, сталкиваясь с экологическими бедствиями и социальными издержками (эксплуатация рабочей силы дошла до предела, грозя революциями), отныне взяли курс на повышение налогов и реальных зарплат работников. Это, с одной стороны, развивает внутренний рынок самого Востока, с другой – делает его страны менее зависимыми от экспорта в страны ядра капиталистической системы (на Запад). Да и на самом Западе дальнейшая деиндустриализация грозит взрывами в среде рядового электората, остающегося без рабочих мест и вынужденного конкурировать с дешевыми китайскими рабочими. Запад вплотную подошел к возрождению коммунистического, фашистского и национал-социалистического движений. И в этом смысле предел современного капитализма близок.
