Новый курс» советской дипломатии. В 1933 г. в связи с приходом к власти в Германии фашистов во главе с А. Гитлером изменилась расстановка политических сил в Европе. В советской внешней политике также произошел существенный поворот. Он выражался, помимо прочего, в отходе от восприятия всех «империалистических», государств как реальных врагов, готовых в любой момент начать войну против СССР. В конце 1933 г. Народный комиссариат иностранных дел по поручению ЦК ВКП(б) разработал развернутый план создания системы коллективной безопасности в Европе. С этого момента до 1939 г. советская внешняя политика приобретает явную антигерманскую направленность, а ее главным устремлением становится изоляция Германии и Японии. Этот курс во многом был связан с деятельностью наркома иностранных дел М. М. Литвинова.
В ноябре 1933 г. СССР установил дипломатические отношения с США, а в 1934 г. Советский Союз приняли в Лигу Наций, где он сразу стал постоянным членом ее Совета. Вхождение Советской страны в Лигу Наций состоялось на его условиях: все споры, прежде всего по поводу царских долгов, были решены в пользу СССР. Это означало включение СССР в мировое сообщество в качестве великой державы.
В мае 1935 г. между СССР и Францией был заключен договор о взаимной в случае нападения любого агрессора. Но принятые взаимные обязательства на деле оказались малоэффективными, так как договор не сопровождался какими-либо военными соглашениями. Вслед за тем договор о взаимной был подписан между Советским Союзом и Чехословакией.
В 1935 г. СССР осудил введение в Германии всеобщей воинской повинности и нападение Италии на Эфиопию. А после ввода немецких войск в Рейнскую область Советский Союз предложил Лиге Наций предпринять коллективные меры для действенного пресечения нарушений Германией международных обязательств, но его голос не был услышан
В качестве главных отличий новой готической церкви аббатства Сен-Дени от старой романской базилики аббат Сугерий называет:
- пространственнность (хор «облагорожен красотой длины и ширины»),
- вертикализм (стена центрального нефа «вдруг поднимается вверх»)
- насыщенность светом («свет удивительный и нескончаемый священнейших окон»).
Гервасий Кентерберийский, сравнивая старую романскую постройку с новым возводимым готическим собором, отмечает разницу между двумя сооружениями:
- благородство форм нового здания,
- значительное увеличение длины столбов (при сохранении их прежней толщины), то есть высоты храма,
- тонкость новой резной и скульптурной работы по сравнению с непритязательностью прежнего скульптурного оформления,
- своды снабжены ребрами (arcuatae) и замковыми камнями,
— «свод из камня и легкого туфа составленный», а не «потолок деревянный, превосходной живописью украшенный»,
- большую высота нового здания — как раз на высоту окон.
Современный исследователь не может не отметить теснейших уз, связывающих готику со всем предыдущим развитием средневекового искусства, и прежде всего ее близкого родства с искусством романской эпохи. Весь двухвековой романский опыт строительства и украшения церквей и полное утверждение величественной системы романского художественного мышления были необходимы для появления готического стиля.