Императрица России Анна Иоанновна была рождена двадцать восьмого января 1693 года в семье Ивана Пятого Алексеевича и Прасковьи Фёдоровны Салтыковой. Воспитанием маленькой Анны до семнадцати лет занимался Пётр Первый Великий, приходившийся ей дядей. Уже осенью 1710 года Пётр выдаёт её замуж за Фридриха Вильгельма, герцога Курляндского. Однако, вскоре супруг скончался и Анна была вынуждена сама остаться в Курляндии по наставлению Петра.
После смерти Петра Второго в 1730 Анну приглашают править русской державой. При этом, пригласивший её Тайный Совет довольно жёстко ограничил её полномочия, что, безусловно, сказалось на ранней внешней и внутренней политике императрицы. Подписав Кондиции, она передала фактическую власть Тайному совету. Но в том же году в феврале императрица Анна Иоанновна разорвала Кондиции. Заручившись поддержкой дворянства и гвардии, она была провозглашена на всё государство самодержавной правительницей.
Внутренняя политика императрицы начинается с упразднения Тайного совета и его последующей заменой Кабинетом министров. Желая полностью оградиться от заговоров, Анна также учреждает Тайную канцелярию или же Канцелярию тайных розыскных дел, набирающей силу с каждым днём.
Во внешней политике Анна Иоанновна полностью придерживалась политики своего дяди Петра Первого, благодаря чему Россия смогла существенно укрепить собственные позиции на мировой арене. Кроме того, она проводила успешные военные кампании. Но не обошлось и без крупных промахов. Например, заключение Белградского мира.
В период правления этой императрицы было значительно улучшено почтовое сообщение между крупными населёнными пунктами, а провинции обзавелись собственной полицией. Также была улучшена ситуация с образованием. Одним из самых важных действий характеризующих внешнюю и внутреннюю политику Анны являлось усиление мощи армии и российского флота, начатое ещё Петром Великим.
При всём вышеописанном, историки отмечают, что управлением императрица занималась очень мало, поручая решение самых важных государственных вопросов своим советникам, большинство из которых имели немецкое происхождение. Самым известным из них был Бирон, который вмешивался во многие государственные важные дела для осуществления собственной выгоды.
Современники отмечают и то, что императрица тратила огромное состояние на содержание двора и развлечения.
Восста́ние Спартака́ (лат. Bellum Spartacium или лат. Tertium Bellum Servile, «Третья война с рабами») — величайшее в древности[1][2] и третье по счёту (после первого и второго Сицилийских восстаний) восстание рабов. Последнее восстание рабов в Римской республике датируется обычно 74 (или 73)—71 гг. до н. э.[3] Восстание Спартака было единственным восстанием рабов, представлявшим прямую угрозу центральной Италии. Окончательно подавлено в основном благодаря военным усилиям полководца Марка Лициния Красса. В последующие годы оно продолжало оказывать косвенное воздействие на политику Рима.
Между 73 и 71 годами до н. э. группа беглых рабов — первоначально небольшая, примерно из 78 беглых гладиаторов — переросла в сообщество из более чем 120 тыс.[4] мужчин, женщин и детей, относительно безнаказанно перемещавшихся по Италии под руководством нескольких лидеров, в том числе знаменитого гладиатора Спартака. Бое взрослые мужчины из этой группы составляли удивительно эффективный вооружённый отряд, который неоднократно показывал, что может противостоять римской военной мощи, как в виде местных патрулей и милиции, так и в виде подготовленных римских легионов под консульским командованием. Плутарх описывал действия рабов как попытку сбежать от своих хозяев и уйти через Галлию, в то время как Аппиан и Флор изображали восстание как гражданскую войну, в которой рабы вели кампанию по захвату самого Рима.
Растущая тревога Римского сената по поводу продолжения военных успехов армии Спартака, а также грабежи в римских городах и сельской местности в конечном итоге привели к тому, что республика пустила в ход армию из восьми легионов под жёстким, но эффективным руководством Марка Лициния Красса. Война закончилась в 71 году до н. э., когда армия Спартака, отступая после долгих и кровопролитных боёв перед легионами Красса, Помпея и Лукулла, была полностью уничтожена, оказав при этом ожесточённое сопротивление.
Третье восстание рабов имело важное значение для последующей истории Древнего Рима, в основном в его влиянии на карьеру Помпея и Красса. Два военачальника использовали успехи в подавлении восстания в своей дальнейшей политической карьере, употребляя общественное признание и угрозу своих легионов с целью повлиять на консульские выборы 70 года до н. э. в свою пользу. Их действия в значительной мере подрыву римских политических институтов и в конечном итоге превращению Римской республики в Римскую империю[3].
Объяснение:
Восста́ние Спартака́ (лат. Bellum Spartacium или лат. Tertium Bellum Servile, «Третья война с рабами») — величайшее в древности[1][2] и третье по счёту (после первого и второго Сицилийских восстаний) восстание рабов. Последнее восстание рабов в Римской республике датируется обычно 74 (или 73)—71 гг. до н. э.[3] Восстание Спартака было единственным восстанием рабов, представлявшим прямую угрозу центральной Италии. Окончательно подавлено в основном благодаря военным усилиям полководца Марка Лициния Красса. В последующие годы оно продолжало оказывать косвенное воздействие на политику Рима.
Между 73 и 71 годами до н. э. группа беглых рабов — первоначально небольшая, примерно из 78 беглых гладиаторов — переросла в сообщество из более чем 120 тыс.[4] мужчин, женщин и детей, относительно безнаказанно перемещавшихся по Италии под руководством нескольких лидеров, в том числе знаменитого гладиатора Спартака. Бое взрослые мужчины из этой группы составляли удивительно эффективный вооружённый отряд, который неоднократно показывал, что может противостоять римской военной мощи, как в виде местных патрулей и милиции, так и в виде подготовленных римских легионов под консульским командованием. Плутарх описывал действия рабов как попытку сбежать от своих хозяев и уйти через Галлию, в то время как Аппиан и Флор изображали восстание как гражданскую войну, в которой рабы вели кампанию по захвату самого Рима.
Растущая тревога Римского сената по поводу продолжения военных успехов армии Спартака, а также грабежи в римских городах и сельской местности в конечном итоге привели к тому, что республика пустила в ход армию из восьми легионов под жёстким, но эффективным руководством Марка Лициния Красса. Война закончилась в 71 году до н. э., когда армия Спартака, отступая после долгих и кровопролитных боёв перед легионами Красса, Помпея и Лукулла, была полностью уничтожена, оказав при этом ожесточённое сопротивление.
Третье восстание рабов имело важное значение для последующей истории Древнего Рима, в основном в его влиянии на карьеру Помпея и Красса. Два военачальника использовали успехи в подавлении восстания в своей дальнейшей политической карьере, употребляя общественное признание и угрозу своих легионов с целью повлиять на консульские выборы 70 года до н. э. в свою пользу. Их действия в значительной мере подрыву римских политических институтов и в конечном итоге превращению Римской республики в Римскую империю[3].
В древности представления людей об окружающем мире существовали в форме мифов и религиозных верований . Скифы не были исключением из этого правила. Скифская мифология являлась продолжением и развитием общей мифологии иранцев, уходящей корнями в эпоху арийского единства.
Скифы полагали, что вселенная состоит из трех частей — трех миров: верхнего, среднего и нижнего. Средний мир — место обитания людей. Верхний — мир неба и солнца. Нижний — мир земных и водных глубин. Высшей стихией, пронизывающей и символизирующей все мироздание, для скифов был огонь.
Земное пространство скифы представляли как равносторонний четырехугольник, бока которого соответствуют четырем сторонам света, а через центр проходит мировая ось. По этой же схеме строилось описание Скифии как правильного квадрата, южной границей примыкающего к морю, а северной — к достающим до небес горам. Поэтому юг, уходящий в море, воспринимался как низ, а север с восходящими к солнцу горами считался верхом. Путь к северным горам преграждают одноглазые люди-аримаспы и стерегущие золото грифы. За горами, у северного моря скифская мифология помещала страну блаженных гипербореев. Занимая земли старой арийской прародины, скифы сохраняли и общие для всех индоиранцев реальные знания о полярной зоне, в которой ночь продолжается шесть месяцев. Эти древние знания и скифская мифология были источником античных представлений о далеком севере. Из скифских описаний древнегреческие географы черпали и сведения о народах, живших к северу от скифского мира.
В соответствии с арийской традицией общескифский пантеон состоял из семи божеств. Высшим из них была Табити — богиня огня и домашнего очага. Табити воплощала весь миропорядок, всю вселенную, поэтому в числе ее символов — три огня как отражение трехчастности космоса. Табити считалась также царицей скифов, потому что скифские цари, восходя на престол, вступали в священный брак с богиней и тем самым получали власть из ее рук.
Бог Папай — воплощение верхнего мира и небесных сил. Его супруга Апи — богиня нижнего мира, земли и воды. От брака бога-отца Папая и богини-матери Апи рождается Таргитай — бог среднего мира и прародитель скифов.
Геродот в своем повествовании о скифах сравнил скифских богов с греческими. Табити он назвал Гестией, Папая — Зевсом, Апи — Геей, а Таргитая — Гераклом. Еще три божества в семибожном пантеоне скифов: солнечный бог Гойтосир, которого Геродот сравнивает с Аполлоном, богиня плодородия и покровительница браков Артимпаса, похожая на Афродиту Уранию, и бог войны, соответствующий греческому Аресу.
Скифское имя бога войны неизвестно. Ему поклонялись, сооружая из связок хвороста огромные алтари в каждом округе Скифии. На вершине алтаря был водружен железный меч-акинак, который считался изображением божества. Ежегодно ему приносили в жертву мелкий рогатый скот, лошадей и по одному пленнику из каждой сотни захваченных врагов.
Никому из богов, кроме бога войны, скифы не воздвигали ни алтарей, ни храмов. В жертву другим богам приносили только животных — лошадей и рогатый скот. Самое могущественное племя Европейской Скифии — царские скифы — поклонялись и приносили жертвы еще одному богу — Тагимасаду, которого Геродот по-гречески называет Посейдоном, то есть богом морской стихии и покровителем коневодства.
Скифские жрецы, имевшие большое влияние в обществе, следили за исполнением религиозных обрядов и занимались предсказанием. Самой необычной группой скифского жречества были энареи — знатные и пользовавшиеся большой властью служители богини Артимпасы. Энареи — это женоподобные жрецы-мужчины, носившие женское платье и усвоившие женские привычки. Энареи гадали при липовой коры, разрезанной на три полоски. Другие скифские предсказатели пользовались ивовыми прутьями.