Відповідь:
Навчання в академії було відкритим для всіх станів суспільства. Рік починався 1 вересня, але студентів приймали також пізніше протягом року. Викладова мова — латинська
Процес навчання в Київській Академії тривав дванадцять років. Предмети поділялися на так звані ординарні та неординарні класи. До ординарних належали: фара, інфіма, граматика, синтаксима, поетика, риторика, філософія та богослов'я. В неординарних класах викладались грецька, польська, німецька, французька, єврейська та російська мови, історія, географія, математика (курси включали алгебру, геометрію, оптику, діоптрику, фізику, гідростатику, гідравліку, архітектуру, механіку, математичну хронологію), музика, нотний спів, малювання, вище красномовство, медицина, сільська та домашня економіка. В 1751 р. в академії почали викладати російську мову та поезію, в 1784 р. було заборонено читати лекції українською мовою
Випускникам академії надавався сертифікат з підписами ректора та префекта.ояснення:
После победы над Францией в 1871 г. Германская империя получила Эльзас и часть Лотарингии – земли, богатые железной рудой и каменным углем, что давало больше возможности для развития тяжелой промышленности. Кроме того, Франция за три послевоенных года выплатила Германии огромную контрибуцию – 5 млрд франков. Вдобавок к этому Германия вывезла оборудование предприятий и средства транспорта из оккупированных департаментов. Все это в совокупности позволило Германии начать модернизацию своей экономики, и в первую очередь промышленности.
В 90–х гг. 19 вв. Германии возникает монополистический капитализм. В это время создаются крупные банковские и промышленные корпорации, особенно в тяжелой промышленности. Некоторые из них становятся монополиями. К 1910 г. 9 могущественных берлинских банков сосредоточили в своих руках половину всех денежных вкладов в стране. Развивалась внутренняя и внешняя торговля, германские товары и капиталы направлялись за границу. С ростом промышленного производства росло и городское население. В сельском хозяйстве происходил характерный для развития индустриального общества процесс: крестьяне обезземеливались, часть их становилась батраками в юнкерских и фермерских хозяйствах. Имущественное расслоение в деревнях усиливалось, многие крестьяне уходили в города, пополняя ряды рабочего класса. Германия к началу 20 в. стала индустриальной державой.
Другая константа модели Татарстана — сохранение согласия между национальностями и конфессиями в республике и договорной характер взаимоотношений с федеральным центром. Ну, а «главной разгадкой феномена Татарстана оказался здравый смысл, хотя немногие готовы были это замечать», — утверждал поэт, прозаик, переводчик, драматург Равиль Бухараев.
А что еще, как не здравый смысл, двигало республикой, когда в январе 1992 российское правительство отпустило цены и начался стремительный рост цен, сдержать который можно было, только увеличивая объемы продукции? Но экономические связи были порваны, и прежние договоры не работали. Тогда Минтимер Шаймиев и правительство Татарстана смягчили удар по населению республики через субсидирование цен из республиканского бюджета. Одновременно с этим были введены талоны для местных потребителей, чтобы субсидированные товары не уходили из Татарстана. «В итоге потребительская корзина республики в конце сентября 1992 года стоила 1280 рублей, тогда как в среднем по России ее стоимость составляла 1903 рубля. И когда годом позже сельские производители Татарстана, несмотря ни на что, вырастили хороший урожай, правительство России на следующий год само применило меры, сходные с теми, которые Татарстан предпринял годом ранее», — приводил данные Равиль Бухараев в своей книге «Татарстан: «Мы — можем!». Президент Минтимер Шаймиев и созидательность здравого смысла».
«Мы назвали нашу политику «мягким» вхождением в рынок. В этом сочетании трех слов все составляющие — ключевые, — объясняет линию поведения сам Минтимер Шаймиев в книге «Жизнь замечательных людей. Биография продолжается…». — Принципиально — мы входим в рынок. Но без потерь, которых можно избежать изначально. Без резкого ухудшения жизни людей. В Москве Татарстан с его подходом называли тогда — не без упрека и насмешки — «островком коммунизма».
«Коэффициенты для Татарстана — ни к черту»
На этом «островке коммунизма», как и во всей России, шел спад производства. В 1992 году в Татарстане он достиг 12,6%, в то время как спад нефтедобычи составил 8%. Самый большой спад в 25% был на предприятиях военно-промышленного комплекса, потому как государственные заказы сократились на 47,4%. «Перед нами стояла задача сохранить экономический базис республики. Другие регионы, слепо следовавшие тому пути, который предложила Москва, сразу потеряли большую часть своих крупных предприятий», — рассказывает «Реальному времени» депутат Госсовета РТ пятого созыва, заместитель председателя Госкомитета по экономике, инвестициям и предпринимательству Марат Галеев. Процесс приватизации в Татарстане был осложнен тем, что многие крупные предприятия в республике были предприятиями федерального или смешанного подчинения. «В России, надо напомнить, так и не был принят закон по приватизации. Она осуществлялась по указу президента. Мы же в республике проводили ее по закону, принятому парламентом», — уточняет Марат Галеев.