Заселение человеком территории, ныне относящейся к Татарстану, относится к концу ашельского времени (палеолит)[1]. Палеолитические памятники обнаружены на реках Волга (урочище Красная Глинка у села Бессоново Тетюшского района, затоплено Куйбышевским водохранилищем) и Кама (Деуково[2]), у села Измери в 1981—1982 годах Е. П. Казаков открыл интенсивно разрушающуюся Измерскую палеолитическую стоянку[3].
На притоках Волги и Камы известны стоянки эпохи мезолита (Кабы-Копрынская на реке Свияге, Тетюшская на Волге и др.) и неолита (около 200 памятников), последние датируются IV—III тысячелетием до н. э.
Объяснение:
ответ:Заселение человеком территории, ныне относящейся к Татарстану, относится к концу ашельского времени (палеолит)[1]. Палеолитические памятники обнаружены на реках Волга (урочище Красная Глинка у села Бессоново Тетюшского района, затоплено Куйбышевским водохранилищем) и Кама (Деуково[2]), у села Измери в 1981—1982 годах Е. П. Казаков открыл интенсивно разрушающуюся Измерскую палеолитическую стоянку[3].
На притоках Волги и Камы известны стоянки эпохи мезолита (Кабы-Копрынская на реке Свияге, Тетюшская на Волге и др.) и неолита (около 200 памятников), последние датируются IV—III тысячелетием до н. э.
От времени бронзового века (II-е — начало I-го тысячелетия до н. э.) на территории Татарстана найдены многочисленные памятники, относящиеся к разным археологичесим культурам[4]. Могильники фатьяновской культуры иногда выделяют в отдельную балановскую культуру[5]. Памятники срубной культуры в Татарстане известны от бассейна Свияги на западе до бассейна Ика на востоке[6].
В VIII—VII веках до н. э. с переходом к эпохе железа возникает ананьинская культура, племена которой заняли все Волго-Камье. В юго-восточные районы Татарстана временами проникали сарматские племена, а в западные районы с середины I тысячелетия до н. э. продвинулись племена городецкой культуры[1].
Рубежом новой эры датируются памятники пьяноборской культуры, сосредоточенные в Нижнем Прикамье. Не позже III века в этот край, особенно в его восточные районы, проникают тюркские и угорские племена Сибири, вытеснившие с берегов Камы пьяноборское население. Памятники этого времени (Тураевские курганы на реке Каме) содержат погребения воинов с оружием и утварью азиатских образцов. В IV—VII века большую часть территории современного Татарстана занимали племена именьковской культуры.
В VIII-X веках до Прикамья доходит влияние раннего волжского государства — Хазарского каганата.
Впервые африканские невольники были завезены в британскую Виргинию английскими колонистами в 1619 году. По состоянию на 1860 год, из 12-миллионного населения 15 американских штатов, где сохранялось рабство, 4 миллиона были рабами[1]. Из 1,5 млн семей, живущих в этих штатах, более 390 тыс. семей имели рабов.
Среди «белых рабов» преобладали ирландцы, захваченные англичанами в ходе покорения Ирландии в 1649—1651 годах[2]. Промежуточное положение между ссыльными и свободными колонистами занимали «проданные в услужение» (англ. Indenture) — когда люди продавали свободу за право переехать в колонии и там снова «отработать» её.
Труд рабов широко использовался в плантационном хозяйстве. В первой половине XIX века национальное богатство Соединённых Штатов в значительной степени было основано на эксплуатации рабского труда[3]. За период с XVI века по XIX век в страны Америки было завезено около 12 миллионов африканцев, из них около 645 тыс. — на территорию современных США[4][5][6].
18 сентября 1850 года Конгресс США принял закон о беглых рабах, разрешавший поиск и задержание беглых рабов на территориях, где рабство было отменено. Закон обязывал население всех штатов активно участвовать в поимке беглых рабов и предусматривал суровое наказание для рабов, тех, кто их укрывал и тех, кто не содействовал поимке раба. Во всех южных и северных штатах учреждались особые уполномоченные по ловле рабов, которым следовало оказывать содействие. Пойманных рабов помещали в тюрьму и под вооружённой охраной возвращали рабовладельцу. Чтобы раб был признан беглым, достаточно было, чтобы любой белый заявил и подтвердил под присягой, что этот чернокожий является бежавшим от него рабом