Константин Станюкович
«Рождественская ночь»
Местом действия рассказа является жаркий остров Ява.
Густой аромат тропиков на острове Ява совсем не похож на Рождественскую ночь в далёкой России. Автор передаёт экзотический колорит местности, красочно описывает «волшебную тропическую ночь», упоминает даже крокодилов и кайманов.
Поздняя ночь. Катерная команда с клипера (=парусного судна) «Забияка» ожидает у пристани загулявшихся на берегу офицеров.
Вдруг сквозь плеск волн доносится плач маленького ребёнка.
Что делать? Рискнуть, бросить пост и пойти посмотреть в чём дело, или как положено по уставу остаться на месте? Для русских моряков вопрос так не стоит, а в эту рождественскую ночь — особенно..
Моряки в рождественскую ночь брошенного всеми малайского мальчика и оставляют его у себя. Неделю прожил маленький найдёныш на клипере.
«...уже огромная снеговая туча заволокла большую половину неба...»;
«Снеговая белая туча, огромная, как небо, обтянула весь горизонт и последний свет красной, погорелой вечерней зари быстро задернула густою пеленою...»;
«Вдруг настала ночь... наступил буран...».
Описание тучи дано в ее движении. Она росла, и ее рост пугал, потому что показывал, что надвигается буран. Автор не только рассказывает о том, как менялась снеговая туча, но и показывает, как она росла; сначала облако росло, затем туча заволокла большую половину неба и, наконец, снеговая туча «обтянула весь горизонт».
«Разыгрался пустынный ветер на приволье, взрыл снеговые степи, как пух лебяжий, вскинул их до небес... Все одел белый мрак, непроницаемый, как мрак самой темной осенней ночи! Все слилось, все смешалось: земля, воздух, небо превратились в пучину кипящего снежного праха, который слепил глаза, занимал дыханье, ревел, свистал, выл, стонал, бил, трепал, вертел со всех сторон, сверху и снизу, обвивался, как змей, и душил все, что ему ни попадалось
сарказм