На данной работе мы видим девочку примерно 11 лет. В этот период жизни Катя вместе с братом поехала в Париж, где уже жила их мать. Маленькая девочка заметила, что ее мама практически ничего не кушает, потому что не любит уделять время приготовлению пищи. Поэтому Катя решила, что возьмет эту миссию на себя. Девочка часто готовила для семьи, и видимо, именно такой момент запечатлен на полотне.
Девочка одета в простую домашнюю одежду. На ней синее платье и белая шаль, которая полностью прикрывает спину ребенка. Особое внимание художница уделяла прорисовке лица Кати. На картине девочка изображена с большими карими глазами. Когда смотришь на холст, то именно глаза приковывают взгляд. Глубокие, практически черные. Девочка слегка улыбается, поэтому приоткрыла рот.
Часто художники стремятся приукрасить портретируемых, но Катя изображена очень естественно и непринужденно. Она слегка облокотилась на стол руками. Волосы у ребенка растрепаны: она заколола их на затылке, но пряди все равно вырвались из прически. Теперь неряшливые локоны спадают на плечи и обрамляют лицо девочки. Благодаря этой детали, образ получился очень свежий, естественный. Здесь нет вычурности или обмана. Мы видим самого обычного ребенка, который бегает по улицам, мешается в доме. Она молода и энергична.
На столе мы видим различные продукты, из которых вскоре будет приготовлена еда. На тарелке лежат две небольшие щуки, рядом – два кочана цветной капусты, пучок редиса и белого корня. Также есть тарелка с большими сочными яблоками. Девочка взяла один плод и начала есть его, отрезая дольки острым ножом.
Зміст «Фауста» універсально: молодість і старість, мужність і жіночність, народження і смерть, війна і світ, побут і політика, наука і мистецтво. Гете то підносить читача до гірських височіням філософсько-поетичних ідей, що обіймають все суще, то повертає його на землю, до матеріальності побуту і конкретності людських відносин. Сучасники запитували Гете про головну ідею «Фауста», але йому здавалися безглуздими подібні питання. Гете говорив своєму секретарю Еккерману, що життя, вкладена ним у «Фауста», занадто багата, розмаїта і різноманітна, щоб бути нанизаної на «тонкий шнурочок наскрізної ідеї».