И говорит так сладко, чуть дыша: "Голубушка, как хороша! Ну что за шейка, что за глазки!Рассказывать, так, право, сказки Какие перушки! какой носок! И, верно, ангельский быть должен голосок! Спой, светик, не стыдись! Что, ежели, сестрица, При красоте такой и петь ты мастерица,- Ведь ты б у нас была царь-птица!"
С Тростинкой Дуб однажды в речь вошел. «Поистине, роптать ты вправе на природу, — Сказал он, — воробей, и тот тебе тяжел. Чуть легкий ветерок подернет рябью воду, Ты зашатаешься, начнешь слабеть И так нагнешься сиротливо, Что жалко на тебя смотреть"
«Ты очень жалостлив, — сказала Трость в ответ, —
Однако не крушись: мне столько худа нет.Не за себя я вихрей опасаюсь;Хоть я и гнусь, но не ломаюсь:Так бури мало мне вредят;Едва ль не более тебе они грозят!То правда, что еще доселе их свирепостьТвою не одолела крепость
И от ударов их ты не склонял лица;Но — подождем конца!»
Стихотворение было написано в 1828 году. После возвращения из ссылки в 1826 году Пушкин некоторое время надеялся на то, что теперь его мечты о свободном творчестве воплотятся в жизнь.В основу сюжета этого произведения Пушкин положил полулегендарные сведения о существовании на острове Ява ядовитого дерева анчар. Путешественники рассказывали, что это дерево отравляет окрестный воздух, а сок его смертелен. Вожди местных племен посылали приговоренных к смертной казни собирать ядовитую смолу анчара, которую употребляли для отравления стрел.В своем стихотворении Пушкин создает очень яркий и выразительный образ смертельно ядовитого дерева, символизирующий абсолютное зло:К нему и птица не летит,И тигр не йдет: лишь вихорь черныйНа древо смерти набежит —И мчится прочь, уже тлетворный.Идейный смысл этого стихотворения — губительность неограниченной власти для общества.
И говорит так сладко, чуть дыша: "Голубушка, как хороша! Ну что за шейка, что за глазки!Рассказывать, так, право, сказки Какие перушки! какой носок!
И, верно, ангельский быть должен голосок!
Спой, светик, не стыдись! Что, ежели, сестрица,
При красоте такой и петь ты мастерица,- Ведь ты б у нас была царь-птица!"
С Тростинкой Дуб однажды в речь вошел.
«Поистине, роптать ты вправе на природу, —
Сказал он, — воробей, и тот тебе тяжел.
Чуть легкий ветерок подернет рябью воду,
Ты зашатаешься, начнешь слабеть
И так нагнешься сиротливо,
Что жалко на тебя смотреть"
«Ты очень жалостлив, — сказала Трость в ответ, —
Однако не крушись: мне столько худа нет.Не за себя я вихрей опасаюсь;Хоть я и гнусь, но не ломаюсь:Так бури мало мне вредят;Едва ль не более тебе они грозят!То правда, что еще доселе их свирепостьТвою не одолела крепость
И от ударов их ты не склонял лица;Но — подождем конца!»