В основе сюжета фантастической и одновременно реалистичной повести Михаила Афанасьевича Булгакова «Собачье сердце», написанной в 1925 году, лежит неоднозначный эксперимент профессора Филиппа Филипповича Преображенского по пересадке человеческого гипофиза и желез внутренней секреции собаке. С одной стороны, эта операция имела колоссальное значение для развития науки, поскольку результатом ее проведения стало поистине удивительное превращение животного в человека, впоследствии ставшего называть себя Полиграфом Полиграфовичем Шариковым. С другой стороны, последствия этого опыта были ужасны и чуть не обернулись катастрофой для самого ученого.
Когда ситуация накалилась до предела, и Шариков стал угрожать профессору и его ассистенту доктору Борменталю пистолетом, последовал логичный финал повести: ученым пришлось провести обратную операцию и вновь превратить Шарикова в собаку.
Казалось бы, эксперимент завершился удачно и Преображенскому удалось исправить страшные последствия своей ошибки, но это не снимает ответственности с ученого. Человек не имеет права брать на себя роль творца, поскольку вмешательство в живую природу, изменение естественного хода вещей всегда приводит к печальным результатам.
Повесть «Собачье сердце» раскрывает перед читателем тайные струны, потаенные уголки существования москвичей в начале 20-х годов 20-го века. Булгаков доказывает, что преобразование общественно строя страны – это насилие над природой жизни и самой эволюцией. Для этого он приводит историю о том, как из собаки сделали человека. Такая метафора не могла не прочитаться и не стать осознанной как современниками, так и нами, потомками.
Но интересен не столько эксперимент, сколько его последствия. Каковы же они?
Доктор Борменталь называет профессора Преображенского, чей скальпель «вызвал к жизни новую человеческую единицу», творцом. Это слово, как мне кажется, имеет не только конкретно-бытовое, но и общекультурное значение.
Преображенский посягнул на роль создателя, Господа. Он пренебрег законами эволюции и «создал» человека, проведя чудовищный эксперимент. Все, что происходило в этот период в России, воспринималось Булгаковым именно как эксперимент, грандиозный по масштабам и более чем опасный. В повести автор выражает свое отношение к этой ситуации. Он не видит за Преображенским морального права принимать такую высокую роль! Поэтому повесть «Собачье сердце» отличается предельно ясной авторской идеей. Коротко ее можно сформулировать так: свершившаяся в России революция явилась не результатом естественного социально-экономического развития общества, а безответственным и преждевременным экспериментом. Поэтому необходимо возвратить страну, по возможности, в ее прежнее состояние.
Профессор, безусловно, светило науки. Он на самом деле сделал уникальную операцию, пересадив псу человеческий гипофиз, тем самым «очеловечив» его. Сам Преображенский, оценивая плоды своего опыта, считает его неудачным. Но не с научной, а с общечеловеческой и нравственной точек зрения, так как были нарушены естественные законы жизни. Пес становится человеком, но его поступки определяют гены, полученные от пьяницы и хама Клима Чугункина: «...у него уже не собачье, а именно человеческое сердце. И самое паршивое из всех, которые существуют в природе!» Шариков стал воплощением всех страшных черт русского «пролетариата».
Думавший о совершенствовании общества, Преображенский признаёт своё поражение, в конце концов, утверждая: «Можно привить гипофиз Спинозы или ещё какого-нибудь такого лешего и соорудить из собаки чрезвычайно высоко стоящее, но на какого дьявола, спрашивается? Объясните мне зачем нужно искусственно фабриковать Спиноз, когда любая баба может его родить когда угодно! … Человечество само заботится об этом и, в эволюционном порядке, каждый год, выделяя из массы всякой мрази, создаёт десятками выдающихся гениев, украшающих земной шар».
Профессор видит недопустимость насильственного «переделывания». Он считает, что получившиеся «экземпляры» несут опасность для социума, сея бездуховность, нравственную пустоту. Шариков стал опасностью, угрозой для культуры, неся то общественное явление, которое носит зловещее название «разруха». Но Преображенский понял это только после того, когда уже стало слишком поздно…
Профессор признаёт свою ошибку и все «возвращает на места». «Если бы кто-нибудь разложил меня здесь и выпорол, - я бы, клянусь, заплатил бы червонцев пять!»- говорит он. Прохвоста Шарикова удалось вернуть в естественное для него, четвероногое, состояние. Но такой финал, по-моему, самое фантастическое в повести.
Поэтому нельзя снимать с профессора вину за появление Шарикова и ему подобных. А вина Преображенского несомненна. Вспомним самое начало повести - операцию над Шариком, когда «из пса сделали… против его воли, неизвестно что…» Эти строчки нельзя читать без содрогания. И Шариков, засыпающий от хлороформа, называет докторов «убийцами», а они таковыми и являлись.
Таким образом, эксперимент Преображенского был полностью искусственным. Профессора интересовал лишь вопрос, сможет ли прижиться человеческий гипофиз в существе собаки и произведет ли это омоложение. Что станется с собакой после, Филиппа Филипповича не волновало. Шарик был для него лишь расходным материалом. Кроме того, профессор был почти уверен, что собака погибнет.
То, что случилось с Шариком, было неожиданностью для всех и, в первую очередь, для профессора. Он не знал, как управлять новоявленным существом, как сделать его хотя бы безопасным для окружающих.
Аналогия Булгакова прозрачна. Дворяне и другие образованные люди хотели произвести революцию - эксперимент над пролетариатом. О его последствиях они не думали. Поэтому, когда получившийся монстр стал неуправляемым, в первую очередь от него пострадали его же создатели. Шариковы принялись «управлять страной», принеся ей огромное количество слез и горя.
Эксперимент профессора Преображенского оказался неудачным, потому что был полностью непродуман. Именно поэтому он вышел из-под контроля и стал разворачиваться по собственному сценарию.
Объяснение: