Внешний вид города
Описание уездного города в комедии «Ревизор» оставляет желать лучшего. Чиновники давно не следят за вверенным им пространством. Поэтому весь облик на улицах представляет собой бардак и разруху. Прямо на улицах навален мусор, в здании суда разгуливают гуси. Жителям вряд ли приятно жить в таком хламе, но руководство города ровным счетом ничего не предпринимает, чтобы хоть как-то улучшить положение.
Жителям уездного города приходится не сладко. Верхушка берет взятки, чиновники сами нарушают закон, а жителям остается только терпеть и смиряться. Все, кто дает взятки остается в выгодном положении, хотя на самом деле преступают закон. Все это остается незамеченным и нет надежды на исправление ситуации.
Руководство города
Описание города в «Ревизоре» говорит о том, что чиновники никак не реагируют на сложившуюся ситуацию, продолжая заниматься только собственными интересами. Они совсем забыли про свои обязанности, не уделяют должного внимания вверенным в их ответственность организациям. Именно поэтому ситуация в городе является настолько запущенной, городским жителям приходится самостоятельно выбираться из всех невзгод, не имея поддержки властей.
Гоголь показал читателям, как важно, чтобы каждый ответственно относился к своей работе. На примере безымянного удаленного городишки мы можем наблюдать, насколько комической и в то же время страшной является картина, когда всем наплевать на все, кроме, конечно же, собственных интересов.
Третье действие комедии Николая Васильевича Гоголя «Ревизор» развертывается в доме городничего, куда Хлестакова привозят после завтрака в богоугодном заведении, руководимом Артемием Филипповичем Земляникой. Подгулявший Хлестаков находится в прекрасном расположении духа; знакомство с дамами в лице жены городничего Анны Андреевны и дочери Марьи Антоновны еще больше настраивают его на игривый лад и вызывают желание пустить им пыль в глаза. В таком настроении он начинает рассказ о своей петербургской жизни. Присутствующие чиновники во главе с городничим слушают его с затаенным трепетом. Чтобы прояснить суть характера Хлестакова и его поведения в этой одной из кульминационных сцен комедии, следует вначале обратиться к авторским «Замечаниям для господ актеров». Гоголь указывает, что этот персонаж «…несколько приглуповат и, как говорят, без царя в голове, — один из тех людей, которых в канцеляриях называют пустейшими. Говорит и действует без всякого соображения. Он не в состоянии остановить постоянного внимания на какой-нибудь мысли. Речь его отрывиста, и слова вылетают из уст его совершенно неожиданно». Монологи Хлестакова в третьем действии полностью соответствуют этому предуведомлению. Начинает он с описания своей служебной деятельности, пока лишь в незначительной степени ее приукрашивая: «Эх, Петербург! что за жизнь, право! Вы, может быть, думаете, что я только переписываю; нет, начальник отделения со мной на дружеской ноге. Этак ударит по плечу: «Приходи, братец, обедать!» Я только на две минуты захожу в департамент, с тем только, чтобы сказать: «Это вот так, это вот так!»…» Сказанное Хлестаковым отнюдь не свидетельствует о его высоком служебном положении. Тут же он в первый раз проговаривается: «Хотели было меня даже коллежским асессором сделать…» Из слов Осипа мы знаем, что Хлестаков имеет низший чин в табели о рангах — коллежского регистратора («елистратишки», как пренебрежительно выражается его слуга), что соответствует младшему офицерскому чину — прапорщика. Коллежский асессор — гораздо более высокий чин, отстоящий от низшего на целых шесть ступеней. Естественно, присвоить коллежскому регистратору сразу чин асессора невозможно. Тут следует отметить, что все присутствующие, как выяснится несколько позже (в эпизодах их официального представления Хлестакову), имеют более высокие чины: судья Ляпкин-Тяпкин — тот самый коллежский асессор; почтмейстер Шпекин и попечитель богоугодных заведений Земляника — надворные советники (что соответствует подполковнику); даже самый низкий по чину смотритель училищ Хлопов — и тот титулярный советник, то есть на пять ступеней опережает реального Хлестакова. А уж городничий не зря командует всеми, хотя конкретно не указано, какой у него чин. Тем не менее, уже в самом начале похвальбы Хлестакова все присутствующие, не вникая в суть, признают его главенствующее положение и даже отказываются сидеть в его присутствии: «Чин такой, что еще можно постоять», — скромно объясняет городничий. Воодушевленный первым успехом своего вранья, Хлестаков благосклонно просит всех садиться, а сам увлекается и продолжает набивать себе цену. Вот градация его мнимого роста по служебной лестнице: «…Один раз меня даже приняли за главнокомандующего: солдаты выскочили из гауптвахты и сделали ружьем»; «…Любопытно взглянуть ко мне в переднюю, когда я еще не проснулся: графы и князья толкутся и жужжат там, как шмели, только и слышно: ж… ж… ж… Иной раз и министр…»; «Один раз я даже управлял департаментом… бывало, как прохожу через департамент, — просто землетрясенье, все дрожит и трясется как лист». И, наконец, вершина: «Меня сам государственный совет боится. Да что в самом деле? Я такой! я не посмотрю ни на кого… я говорю всем: «Я сам себя знаю, сам». Я везде, везде. Во дворец всякий день езжу. Меня завтра же произведут сейчас в фельдмарш… (Поскальзывается и чуть-чуть не шлепается на пол, но с почтением поддерживается чиновниками.)». В соответствии с воображаемым ростом фигуры Хлестакова усиливается и страх, производимый им на присутствующих чиновников: при упоминании министра «городничий и прочие с робостью встают со своих стульев»; при выдумке о руководстве департаментом «городничий и прочие трясутся от страха». А после слова «фельдмаршал», оборванного на середине падением Хлестакова со стула, и городничий, и все остальные теряют дар членораздельной речи. И этот животный страх полностью лишает их реалистически оценивать слова врунишки. А он проговаривается постоянно: «Как взбежишь по лестнице к себе на четвертый этаж… — начинает он — и осекается: — Что ж я вру — я и позабыл, что живу в бельэтаже». (На верхних этажах в Петербурге обычно селились люди невысокого достатка.) Так же нелепы россказни Хлестакова о его литературных успехах. Он готов назвать себя автором всех известных литературных произведений, да и «с Пушкиным на дружеской ноге».
Головна героїня п'єси Нора бачить сенс життя в любові до близьких їй людей: чоловіка та дітей. Вона щиро вірить, що в її долі панують гармонія й щастя, бо вони з чоловіком кохають одне одного. Чому ж тоді Ібсен назвав дім Хельмерів "ляльковим"? На це важко відповісти одразу. Усе стає зрозумілим за вдумливого читання драматичного твору. Сімейне життя Хельмерів зовні не затьмарене нічим. Адвокат, здається, обожнює свою покірну, привабливу, ніжну дружину Нору, турбується про неї, лише трохи кепкує з неї та інколи дорікає за надмірну трату грошей. Проте дуже швидко з'ясовується, що це "сімейне щастя" не що інше, як фальш і ліцемірство. Норі не дозволяється мати свої погляди, думки, смаки, вона має підкорятися чоловікові, що постійно натякає на її провину. Хельмер і не підозрює, що в їхньому шлюбі найбільші випробування й турботи уже випали на долю дружини.
Щоб урятувати чоловіка, який захворів на туберкульоз ще в перший рік їхнього спільного життя, щоб відвезти його на лікування до Італії, Нора таємно бере гроші у лихваря. За законом того часу жінка не мала права взяти гроші під вексель — за неї мав поручитися чоловік. Нора підробила підпис свого батька. Звичайно, що на цей злочин її штовхнуло кохання до чоловіка. І ось тепер лихвар Кроґстад тероризує її, вимагає місця в банку, де працює її чоловік. Нора страшенно боїться, але змушена удавати з себе щасливу дружину-"лялечку". Власне, цей глибокий контраст між зовнішньою поведінкою героїні й справжніми переживаннями лежить в основі п'єси. Лист Крогстада до Торвальда з'ясовує, хто є хто. Хельмер кидається на дружину з обвинуваченнями, обіцяє їй заборонити спілкуватися з дітьми. Але сталося так, що Кроґстад під впливом коханої жінки знищує вексель Нори й відмовляється від своїх намірів. Хельмер щасливий, він знову називає свою дружину "лялечкою", "пташечкою". Але Нора вже не та. Вона збагнула, що пожертвувала найдорожчим: правдою, своєю гідністю. "Лялечка" в руках Торвальда, вона втратила саму себе. Вона забула, що дім, який будується на брехні, не є справжнім домом. І, мов "ляльковий" будинок, він упаде піц натиском долі. Дім справді виявився ляльковим. Не тільки тому, що Нору чоловік сприймав як ляльку — покірну гарненьку — але й тому, що самі стосунки між Хельмерами не витримали життєвих випробувань.
Объяснение: