Не всегда в литературном произведении очевиден смысл названия. Прочитав повесть Лескова, я сначала не поняла, что именно хотел писатель сказать словами «очарованный» и «странник»? Первоначальное название повести "Очарованный странник" - "Черноземный Телемак". Почему же новое показалось Лескову более емким и точным? Я попыталась разобраться в этом. Смысл слова «Странник» на первый взгляд понятен: оно употреблено в прямом значении, то есть обозначает человека много путешествовавшего, странствовавшего в своей жизни, много повидавшего, узнавшего о мире. Однако, вдумавшись, я поняла, что не все так просто. Флягин – это человек, странствующий не только по внешнему миру, но и по внутреннему, исследующий тайные уголки своей души и душ других людей. Вся жизнь человека – это большое путешествие от начала и до конца, от рождения и до смерти. Автор ведет своего героя от события к событию и доводит его «до последней житейской пристани – до монастыря». Мне кажется, что слово «странник» в названии произведения содержит в себе оба значения. Слово «очарованный» также имеет широкий смысл. Его значение связано с глаголом "очаровываться". Герой повести откликается на красоту, ценит ее, может ее описать, будь то красота животного или женщины. Он очарован красотой родной природы, красотой лошади Дидоны, красотой молодой цыганки Груши – «…»
Жизнь Флягина была очень сложной, много было в ней горя и трудностей, но он очарован самой жизнью, во всем замечает что-то хорошее. Прилагательное "очарованный" можно также связать со словами "околдованный", "оцепенение". Действительно, главный герой совершает неосознанные поступки (убийство монаха графа, воровство лошадей и т.д.) Наконец, "очарованный" можно сравнить со словом "чары". Главный герой считал, что рок, судьба, родительское предначертание - причины всего происшедшего с ним: "...я многое даже не своею волею делал...» Итак, Очарованный странник – это человек, призванный пройти по жизни, принимая ее такой, какая она есть, находясь под ее очарованием, выполняющий все, что ему предназначено.
Русть сидела у окна. Поглядывая в окно и потихоньку, глоток за глотком, отхлебывая горячий чай из чашки, откуда выглядывала большая палочка корицы.
Грусть была невозмутима и трогательно мила, изредка смахивая мелкие слезы. Совершенно невозможно было сказать, что на этот раз растрогало ее тонкую натуру.
Дождя уже не было. С крыши дома напротив, где под козырьком сидели воробьи, капали последние дождинки. Они медленно отделялись от крыши и летели, одна за другой, вниз, где сочно разбивались об асфальт, брызгами отпугивая первых прохожих, вышедших из дома после дождя.
Белая занавеска вдруг несмело пошевелилась, потом ее резко отдернули, и в окне показалась улыбчивая физиономия Радости. Она хрустела бубликом с видимым аппетитом, рассматривая расплывшиеся внизу лужи. Те жирно блестели на мокром асфальте, который еще час назад безжалостно грело солнце. А потом вдруг внезапно заколотивший по листве дождь остудил его, да так, что легкий пар начал подниматься над его поверхностью.
Радости не нужно было никаких поводов, чтобы веселиться. Часто выходило так, что она вообще не задумывалась над жизнью: просто делала, что хотела. Грусть в такие моменты начинала наизусть ей читать басню про стрекозу и муравья. На что Радость называла ее «букой», хватала за руку и тащила то купаться, то играть в снежки, то пробовать имбирный лимонад, то заниматься всякими шалостями.
И хотя Радость, и Грусть были одного возраста, вторая была несравнимо старше ее. По крайней мере, ей самой так казалось, когда он выговаривала Радости за очередной ее легкомысленный поступок.
Они всегда были неразлучны, хотя родились в один день в один и тот же час. Они были близнецами, только совсем разными по характеру и отношению к жизни. И не было без Радости Грусти, и Грусти становилось не по себе, если вдруг Радость задерживалась, допоздна смотря на звезды. А когда в ее окошке загорался свет, Грусть становилась не такой грустной и могла спокойно почитать что-нибудь из английской литературы 19 века и заснуть.
Так и в человеке обязательно уживаются самые разные его черты, совсем непохожие друг на друга, но именно они окрашивают мир вокруг в самые невероятные сказочные оттенки. И не столь важно, если Грусть задержалась у вас в гостях на несколько дней или недель. Наступит время, когда Радость поселится в вашем сердце навсегда.
майнеимис литература я такая сөз бмв для пацонов мэрседес для петухов