Требовательность, умение выделить самое главное в человеческих отношениях отличали Карла Ивановича, домашнего учителя мальчиков. Именно поэтому в памяти Николеньки Иртеньева сохранился эпизод, связанный с одним из уроков чистописания, когда после разговора с отцом мальчиков Карл Иванович продиктовал фразу о том, что самый тяжкий из пороков – неблагодарность.
"- Да, теперь я не нужен стал, меня и надо прогнать; а где обещания? где благодарность? Наталью Николаевну я уважаю и люблю, Николай, - сказал он, прикладывая руку к груди, - да что она?.. ее воля в этом доме все равно, что вот это, - при этом он с выразительным жестом кинул на пол обрезок кожи. - Я знаю, чьи это штуки и отчего я стал не нужен: оттого, что я не льщу и не потакаю во всем, как иные люди. Я привык всегда и перед всеми говорить правду, - сказал он гордо. - Бог с ними! Оттого, что меня не будет, они не разбогатеют, а я, бог милостив, найду себе кусок хлеба... не так ли, Николай?" Отрывок из текста. Он не был человеком, кто строит из себя доброго и покорного слугу перед каждым богачом. Если он любил детей и графиню за доброту, то он платил им тем же, любовью, добротой.
Лопухиной Лермонтов посвятил множество стихов, например стихотворение 1832г: Мы случайно сведены судьбою, Мы себя нашли один в другом, И душа сдружилася с душою, Хоть пути не кончить им вдвоём! Так поток весенний отражает Свод небес далекий голубой И в волне спокойной он сияет И трепещет с бурною волной. Будь, о будь моими небесами, Будь товарищ грозных бурь моих; Пусть тогда гремят они меж нами, Я рожден, чтобы не жить без них. Я рожден, чтоб целый мир был зритель Торжества иль гибели моей, Но с тобой, мой луч-путеводитель, Что хвала иль гордый смех людей! Души их певца не постигали, Не могли души его любить, Не могли понять его печали, Не могли восторгов разделить.
"- Да, теперь я не нужен стал, меня и надо прогнать; а где обещания? где благодарность? Наталью Николаевну я уважаю и люблю, Николай, - сказал он, прикладывая руку к груди, - да что она?.. ее воля в этом доме все равно, что вот это, - при этом он с выразительным жестом кинул на пол обрезок кожи. - Я знаю, чьи это штуки и отчего я стал не нужен: оттого, что я не льщу и не потакаю во всем, как иные люди. Я привык всегда и перед всеми говорить правду, - сказал он гордо. - Бог с ними! Оттого, что меня не будет, они не разбогатеют, а я, бог милостив, найду себе кусок хлеба... не так ли, Николай?" Отрывок из текста.
Он не был человеком, кто строит из себя доброго и покорного слугу перед каждым богачом. Если он любил детей и графиню за доброту, то он платил им тем же, любовью, добротой.