вотттттттттттттттттттттт
ответ: вдруг оказался в людском потоке один добрый молодой человек. очевидный провинциал, длинные волосы, спускающиеся из-под меховой шапки, делали его похожим на семинариста. что с вами, спросил он, вам как-то не по себе? вот странный юноша. у нас ведь здесь и через упавшего переступают, а я просто стоял. просто, очевидно, меня вегетативная дистония сжала или, по выражению льва николаевича, «арзамасская» охватила тоска.
светло-серые глаза внимательны и неформальны. я улыбнулся через силу и сделал жест ладошкой — ничего, мол, полный хоккей. он улыбнулся, на секунду притронулся к моему плечу рукой в вязаной белой перчатке и пошел прочь, но обернулся все-таки метров через пять, и вот, странное дело, такая малость — этот вопрос, прикосновение к плечу, улыбка и совсем уже внепрограммный поворот головы будто бы оживили меня, подействовали словно какая-то могучая инъекция.
есть люди, способные передавать свою прану другим. приятель, увлекающийся востоком и эзотерическими теориями, давал мне недавно некий манускрипт, размноженный на ксероксе. по сути дела как раз такими людьми были святые, говорил манускрипт. все чудеса христа не метафора, а реальность, ибо ему свойственен был высший дар передачи праны. человек же, на ходящийся в особом болезненном состоянии, ну, скажем, охваченный вегетативной дистонией, воспринимает прану гораздо активнее прочих, ему иногда и простой улыбки-то пробегающего мимо гражданина бывает достаточно, чтобы на время спастись.
я вышел из подземного перехода, не без некоторой даже бодрости думая о том утешительном, что почерпнул из полузапретного манускрипта. запасы праны в мире неисчерпаемы. учитесь передавать прану, усвойте, что, передавая прану другим, вы не тратите, а наоборот увеличиваете ваш собственный запас.
раньше, когда подобных манускриптов в москве и в помине не было и когда я просто-напросто был моложе на десять лет, я, кажется, неплохо умел передавать свою прану другим. во всяком случае, я умел передавать ее команде. такое иногда случалось в напряженнейшие моменты матчей. я брал тайм-аут, окружали меня и… возникало какое-то особое состояние, я как будто вздымался до высоты своих гигантов. я говорил обычное: «держи его плотнее», «пробуй свои броски», «проходи по центру», и кивали, но смысл этих наставлений в такие моменты им был не нужен. все тогда говорили: «у шатка вдохновение», а вот сейчас я понимаю, что излучал могучие волны праны. заряжались в этих волнах. в такие моменты я всегда понимал, что мы выиграли.
теперь от меня не прана исходит, а муть и тоска, похожая на застойные ссаки. теперь моя команда выигрывает только у тех, кто заведомо слабее, да и то по инерции. уже несколько сезонов мы проигрываем «танкам» без всякой борьбы, а раньше хоть и проигрывали этой военной машине, но всегда дерзко, наступательно, а то и выигрывали иногда.
конечно, я знаю эту странную игру, ставшую моей жизнью, так, как мало кто ее еще знает, опыт у меня огромный, и в федерации меня ценят, но в напряженные моменты матчей больше не окружают меня горячим плотным кольцом, а стоят расслабленные, словно усталые жеребцы, и вяло кивают. иссякло мое вдохновение — и все цементируется.
в этом манускрипте цитируется индийский йог свами кришнадевананда, гласящий, что всякий должен ощущать постоянное присутствие всемогущего, с которым соединяет тебя твоя бес-смертная душа, же тело есть храм бога, астральное же тело — это человеческая суть, малый залив в безбрежном океане мировой энергии, которая пульсирует вместе с тобой, вместе с каждым под метроном данного нам свыше священного слова ом.
десять или пятнадцать лет назад, в разгаре побед, если бы я услышал слова этого йога, я бы только усмехнулся, а скорее всего я бы их просто не услышал.
сейчас мне кажется, что я уже ощущал этот священный метроном, там, у кромки бора в пустых квашах, когда лежал на спине в травах. рядом на стебельке покачивалась очаровательная зеленая пушистая гусеница, в отдалении летела к свияге очаровательная чайка, ветер прошел по папоротникам, конечно же очаровательным, и не коснулся очаровательных анютиных глаз, темнело минута за минутой, и звезды промывались под невидимыми, но безусловными накатами какого-то очарования, и каждое движение этой волны полностью соответствовало тому, что происходило тогда во мне, поистине я ощущал себя малым заливом гигантского океана и радовался этой причастности.
конечно, я ничего не мог тогда знать о боге (только и сохранилась из самого уже раннего детства мимолетная картинка — няня на коленях перед иконой, которую она обычно прятала в своем сундуке), религия была темой официальных острот, культурно-массового затейничества…
и вот сейчас я, атеист, член партии, член президиума всесоюзной федерации баскетбола, все время возвращаюсь к тем счастливым дням и думаю: бог ли тогда прикасался ко мне или просто молодое тело радовалось совершенству своих обменных процессов?
Александр Сергеевич Пушкин, великий поэт и прозаик нашей страны, родоначальник новой русской литературы, в своих произведениях оставил нам яркие, замечательно разносторонние образы своего времени, красочные картины нравов и быта эпохи, в которую он жил. Вместе с тем Пушкин является одним из замечательных историков нашей родины. Его глубоко интересовало и волновало не только положение России его времени, но и ее историческое
"Его произведения - драгоценное свидетельство умного, знающего и правдивого человека о нравах, обычаях, понятиях известной эпохи, - все они суть гениальные иллюстрации к русской истории"1 , -так оценивал Пушкина А. М. Горький.
Пушкин много и тщательно работал над своими произведениями на исторические темы. Их созданию предшествовало серьезное изучение поэтом исторических источников. В поисках исторического материала для многих своих сочинений Пушкин читал и перечитывал современных ему историков, изучал летописи, мемуары, работал в архивах, наконец, предпринимал специальные поездки на места исторических событий с целью сбора материала. Опубликование его записок, черновых набросков, конспектов с исключительной ясностью рисует нам Пушкина как кропотливого талантливого исследователя. Кроме создания многих художественных произведений на исторические темы Пушкин пишет ряд чисто исторических работ, зачастую (как, например, в "Истории Пугачева") используя весь имевшийся в его руках исторический материал.
В своих произведениях Пушкин не отрывает историю России от истории Западной Европы. Например, в известном стихотворении "К вельможе" Пушкин показывает влияние западноевропейской культуры, литературы в особенности, на русское общество.
В художественных произведениях и исторических работах Пушкина нашли отражение многие события нашей истории. Мы находим у Пушкина ряд произведений, посвященных далекому нашей родины: таковы "Песнь о вещем Олеге", "Олегов щит", планы поэмы о древних русских князьях Владимире, Мстиславе и пр. Особый интерес Пушкин проявлял к так называемому Смутному времени, т. е. периоду первой крестьянской войны конца XVI и начала XVII века, осложненной борьбой с польской и шведской интервенциями. Пушкин проводит громадную работу над историческими источниками этого периода и создает замечательную трагедию "Борис Годунов". Пушкин считал эту трагедию одним из самых значительных своих произведений.
Исключительное богатство своих исторических познаний выявил Пушкин при освещении эпохи Петра I."Стансы", "Медный всадник", "Пир Петра Великого", "Полтава", "Арап Петра Великого", "Материалы для истории Петра Великого", высказывания в публикуемых теперь заметках и конспектах Пушкина о Петре I дают громадный материал, позволяющий с полным правом говорить о Пушкине как об историке петровской эпохи.
Для написания "Полтавы" Пушкин изучает "Историю Малороссии" Б. Каменского, "Журнал Петра Великого", "Историю Карла XII" Вольтера и ряд других исторических произведений. Для написания "Истории Пугачева" Пушкин (как он сам об этом говорит) внимательно прочел все напечатанное о Пугачеве и, кроме того, 18 томов разных рукописей, указов, донесений и пр. В "Приложениях к истории Пугачева" Пушкиным было впервые опубликовано большое количество важных исторических документов.
Пушкин - и как писатель и как историк - сложная и противоречивая фигура
Объяснение: вот