Онегин: «Как рано мог уж он тревожить Сердца кокеток записных! Когда ж хотелось уничтожить Ему соперников своих, Как он язвительно злословил! Какие сети им готовил!»
«Сноснее многих был Евгений; Хоть он людей конечно знал И вообще их презирал, – Но (правил нет без исключений) Иных он очень отличал И вчуже чувство уважал.»
«…И скоро стали неразлучны. Так люди (первый каюсь я) От делать нечего друзья.»
«Случайно вас когда-то встретя, В вас искру нежности заметя, Я ей поверить не посмел: Привычке милой не дал ходу; Свою постылую свободу Я потерять не захотел…» Татяна:
«Итак, она звалась Татьяной. Ни красотой сестры своей, Ни свежестью ее румяной Не привлекла б она очей. Дика, печальна, молчалива, Как лань лесная боязлива, Она в семье своей родной Казалась девочкой чужой. Она ласкаться не умела К отцу, ни к матери своей; Дитя сама, в толпе детей Играть и прыгать не хотела И часто целый день одна Сидела молча у окна…»
«Задумчивость, ее подруга От самых колыбельных дней, Теченье сельского досуга Мечтами украшала ей. И были детские проказы Ей чужды: страшные рассказы Зимою в темноте ночей Пленяли больше сердце ей…»
«Ей рано нравились романы; Они ей заменяли всё; Она влюблялася в обманы И Ричардсона и Руссо…»
Ну вот и нашлась разгадка, откуда пошла песня "В лесу родилась ёлочка". Упрощенно говоря, песня является пересказом этой сказки Андерсена. Вплоть до трусишки зайки серенького Только грустный финал, когда ёлку выбрасывают, в песню, по понятным причинам, не вошел.Сказка типично Ганс-Христиановская: с одушевлением неодушевленных предметов и пересказом происходящего с их - предполагаемой - точки зрения. Помнится, профессор Толкин о таких сказках отзывался неодобрительно: мол, сказочного в них - только подмена людей животными или предметами. обычно эта подмена у Андерсена удавалась блестяще, но и на старуху бывает проруха. Увлекшись одушевлением, Ганс-Христиан с разбегу забыл, что Ель - живое существо, а не предмет. И мечтать "Ах, скорее бы меня срубили, чтобы стать мачтой и повидать мир!" она может только в суицидальном порыве. С тем же успехом человек может мечтать стать скелетом в кабинете биологии, чтобы посмотреть на детишек."Это же сказка!" - возопят романтики. "Это же для детей!" Уверяю вас, дорогие мои романтики, именно дети такие тонкости видят лучше всего, они не приучены списывать авторские промахи на метафоры. Это взрослые простят эмо-ель-суицидницу, а дети - никогда. Для детей надо писать как для взрослых - только лучше. В лучших работах Андерсена это было, но не все, что вышло из под его пера - шедевр.
Приключения осеннего листочка. Ранней весной появился на свет листочек. Все лето он шелестел и радовался солнечному теплу, купался под летним дождиком. Но вот подул холодный ветер, и наступила осень. Листочек из зеленого превратился в ярко-желтый. Он весел на дереве и дрожал на холодном ветру. Когда ветер подул сильнее, листочек сорвался и полетел. Он долго кружился в вальсе с такими же листочками, как и он. Потом он медленно опустился на землю рядом с грязной лужей. Он так боялся, что подует ветер, и он окажется в этой луже вместе с другими листиками. Но вдруг открылись двери здания, которое раньше не заметил листочек, и оттуда выбежали дети. Одна девочка увидела листочек. «Какой он красивый!» - сказала девочка и бережно взяла листочек. Девочка принесла листочек домой и приклеила на аппликацию. «Как здорово. Мне как раз нужен был такой листочек!» - радовалась девочка. «Как хорошо, что я не попал в эту грязную лужу», - думал листочек. Так закончились приключения листочка. Теперь он весело смотрит на мир со стены, где висит аппликация девочки, и радуется!
«Как рано мог уж он тревожить Сердца кокеток записных! Когда ж хотелось уничтожить Ему соперников своих, Как он язвительно злословил! Какие сети им готовил!»
«Как он умел казаться новым, Шутя невинность изумлять, Пугать отчаяньем готовым, Приятной лестью забавлять…»
«Сноснее многих был Евгений; Хоть он людей конечно знал И вообще их презирал, – Но (правил нет без исключений) Иных он очень отличал И вчуже чувство уважал.»
«…И скоро стали неразлучны. Так люди (первый каюсь я) От делать нечего друзья.»
«Случайно вас когда-то встретя, В вас искру нежности заметя, Я ей поверить не посмел: Привычке милой не дал ходу; Свою постылую свободу Я потерять не захотел…»
Татяна:
«Итак, она звалась Татьяной. Ни красотой сестры своей, Ни свежестью ее румяной Не привлекла б она очей. Дика, печальна, молчалива, Как лань лесная боязлива, Она в семье своей родной Казалась девочкой чужой. Она ласкаться не умела К отцу, ни к матери своей; Дитя сама, в толпе детей Играть и прыгать не хотела И часто целый день одна Сидела молча у окна…»
«Задумчивость, ее подруга От самых колыбельных дней, Теченье сельского досуга Мечтами украшала ей. И были детские проказы Ей чужды: страшные рассказы Зимою в темноте ночей Пленяли больше сердце ей…»
«Ей рано нравились романы; Они ей заменяли всё; Она влюблялася в обманы И Ричардсона и Руссо…»