Дано начало рассказа Александра Исаевича Солженицина "Один день Ивана Денисовича". Герой, как и автор, знает лагерную жизнь не понаслышке. И в отрывке это чувствуется. Хотя повествование ведется от первого лица, но мы смотрим на происходящее глазами очевидца и воспринимаем через его ощущения, изнутри. И верим в их подлинность. Воспоминания Шухова дают также понять, что окружающее его - типичная картина. И для самого привычная многолетняя реальность, в которой он научился существовать. Ограниченность и замкнутость пространства зоны компенсируется пристальным описанием деталей и черт распорядка, изученных за годы. Каждая минута времени учтена режимом, и очень надо постараться, чтобы найти время на что-то личное. И это также воспринимается документальным свидетельством.
Свой роман "Преступление и наказание" Достоевский создает первым, если принимать во внимание только его идеологические романы. В центре изображения - главный персонаж Родион Романович Раскольников, к которому сводятся все нити повествования. Теория Раскольникова в романе "Преступление и наказание" становится связующим и символическим элементом, благодаря которому произведение приобретает целостность и завершенность. В какой главе мы узнаем о том, что у героя была своя теория? Порфирий Петрович в пятой главе третьей части говорит о статье Раскольникова, которую он написал, когда еще учился. Эту статью он приводит в качестве обвинений. Ведь в ней Родион разделил людей на две категории: право имеющих и тварей дрожащих. Первые - сильные мира сего - могут вершить судьбы, влиять на ход истории. Вторые же являются материалом. Совершая убийство старухи, Раскольников хочет доказать себе, что он принадлежит к первой категории. Однако муки, которые ему доставляет убийство, говорят об обратном. В конце концов нам, читателям, понятно, что Теория Раскольникова в романе "Преступление и наказание" изначально обречена на провал: она бесчеловечна. -
Хотя повествование ведется от первого лица, но мы смотрим на происходящее глазами очевидца и воспринимаем через его ощущения, изнутри. И верим в их подлинность.
Воспоминания Шухова дают также понять, что окружающее его - типичная картина. И для самого привычная многолетняя реальность, в которой он научился существовать.
Ограниченность и замкнутость пространства зоны компенсируется пристальным описанием деталей и черт распорядка, изученных за годы.
Каждая минута времени учтена режимом, и очень надо постараться, чтобы найти время на что-то личное. И
это также воспринимается документальным свидетельством.