ответ:
исследователи творчества а. с. пушкина сходятся в том, что замысел маленькой трагедии «моцарт и сальери» относится к 1826 году, и в том же году в селе михайловском был сделан по крайней мере первоначальный её набросок[5]. предполагается, что небольшие, внутренне замкнутые сцены пушкин задумал ещё в процессе работы над «борисом годуновым», из которого он хотел выделить самостоятельные произведения, в частности, сцены «димитрий и марина» и «курбский», — западноевропейские романтики в это время в поисках новых форм разрабатывали жанр « сцен»[6].
вопрос о том, в какой мере пушкин в 1826 году осуществил свой замысел, остаётся открытым, поскольку рукописи пьесы не сохранились, а м. п. погодин 11 сентября 1826 года сделал в своём дневнике запись, со слов д. в. веневитинова, о том, что у пушкина, кроме «бориса годунова», есть ещё «самозванец, моцарт и сальери, наталья павловна» и так далее[5]. как предполагал б. в. томашевский, замысел «моцарта и сальери» в то время настолько определился, что друзья пушкина считали пьесу уже написанной[7]. сохранился составленный поэтом перечень задуманных драматических произведений: «скупой, ромул и рем, моцарт и сальери, дон жуан, иисус, беральд савойский, павел i, влюбленный бес, димитрий и марина, курбский», — специалисты относят его к 1827 году[8]. во всяком случае, пушкин к этой пьесе вернулся болдинской осенью 1830 года и в декабре, по возвращении в москву, сообщал п. а. плетнёву, что привёз с собой «несколько драматических сцен, или маленьких трагедий, имянно: скупой рыцарь, моцарт и салиери, пир во время чумы и д. жуан»[9].
в одном из списков «маленьких трагедий», или, как чаще называл их сам автор, «драматических сцен», «опытов драматических изучений», пьеса «моцарт и сальери» помечена как перевод с — предполагалась, таким образом, мистификация[5][7]. м. п. алексеев в комментариях к «пробному» седьмому тому полного собрания сочинений пушкина[к 1] высказывал предположение, что не только «моцарта и сальери», но и другие «маленькие трагедии» пушкин первоначально хотел опубликовать анонимно — опасаясь критических нападок ф. в. булгарина[11].
среди рукописей болдинского периода сохранилась обложка с написанным пушкиным заглавием: «зависть», — как предполагают исследователи, таков был один из вариантов названия трагедии, от которого пушкин впоследствии отказался, вернувшись к первоначальному названию, упомянутому в дневнике погодина[11].
«истина страстей, правдоподобие чувствований в предполагаемых обстоятельствах» — так пушкин в этот период формулировал для себя основные требования к драматургу[12]. как и все его драматические произведения, пьеса «моцарт и сальери» написана белым пятистопным («шекспировским») ямбом[13], но, по сравнению с «борисом годуновым», более разнообразным и непринуждённым, без обязательной цезуры на второй стопе[14]. если в «борисе годунове» пушкин отдал известную дань у. шекспиру, пожертвовав двумя из трёх классических единств, а также четвёртым, «необходимым условием французской трагедии» — единством слога, то в структуре маленьких трагедий специалисты отмечают большее влияние французского классицизма, прежде всего ж. расина, у которого пушкин находил преимущество перед шекспиром в строгости и стройности отделки[14]. в «моцарте и сальери» соблюдены единства действия, времени и слога[14].
написав пьесу, пушкин не спешил её публиковать, хотя знакомил с ней, как и с другими маленькими трагедиями, некоторых друзей, — в июле 1831 года в. а. жуковский писал пушкину: «на моцарта и скупого сделаю некоторые замечания. кажется и то и другое ещё можно усилить»[12]. в конце 1831 года пьеса была опубликована в альманахе «северные цветы на 1832 год», где указана дата завершения работы над ней: «26 октября 1830 г.». в дальнейшем по этой публикации и перепечатывался текст «моцарта и сальери». в 1832 году пьеса была включена в часть iii «стихотворений александра пушкина»[15].
объяснение:
ответ: Дроссельмейер – центральная фигура сказки, соединяющая разные пространства и времена. Он – давний друг семьи Штальбаумов, старший советник суда, крестный Мари и Фрица; и в то же время королевский часовщик и чудодей; а еще великий искусник в изготовлении замысловатых игрушек – мастер, достигший в своем искусстве такого совершенства, что сделанное его руками оживает. Дроссельмейер внешне не симпатичен, строг и требователен, беспристрастен. В преддверии всех необычайных событий Мари видит его на часах вместо совы и очень пугается. Своим появлением он обозначает границу между мирами. В обыденной реальности на часах сидит золоченая сова, как только часы бьют 12, там оказывается Дроссельмейер. Сова – символ мудрости, но так же и колдовства, ночная птица, в средневековой Западной Европе считалось, что в сов могут превращаться ведьмы. Дроссельмейер появляется вместо совы и словно предупреждает Мари: « Не надо бояться, но будь внимательна!» Для Мари Дроссельмейер – крестный, и так же как фея-крестная дарит Золушке королевский бал и счастливую встречу с принцем, Дроссельмейер дарит Мари сказочный мир и встречу со Щелкунчиком. Он воплощает собой образ Мудреца.
Дроссельмейер рассказывает детям « сказку о твердом орехе». В сказке описывается конфликт между королевством родителей принцессы Пирлипат и миром мышей Мышильды. Мышильда съедает сало, предназначенное для «колбасного пира», король мстит ей, а Мышильда накладывает заклятье на принцессу. Но внешность принцессы удивительна с самого начала «…не появлялось на свет младенца прекраснее принцессы,…при этом родилась она с двумя рядами беленьких, как жемчуг, зубок, которыми два часа спустя после рождения впилась в палец рейхсканцлера…» Зубы — древнейшая эмблема агрессивной силы. Гофман очень тонко объединяет всех этих персонажей (и мышей и людей) в « мир зубастиков», обожающих « колбасные пиры» и дает понять, что, в сущности, между ними нет никакой разницы.
Объяснение: