Сам же Гринёв испытывает целый спектр чувств:
Гордость за то, что Марья Иванова самолично передала ему шпагу, как бы для ее защиты, и он готов доказать это в деле: "...Сердце мое горело. Я воображал себя ее рыцарем. Я жаждал доказать, что был достоин ее доверенности, и с нетерпением стал ожидать решительной минуты..."
А так же он многое переосмыслил к 7 главе: "...Я чувствовал в себе великую перемену: волнение души моей было мне гораздо менее тягостно, нежели то уныние, в котором еще недавно был я погружен. С грустию разлуки сливались во мне и неясные, но сладостные надежды, и нетерпеливое ожидание опасностей, и чувства благородного честолюбия..."
Он очень сильно переживал за Марью Ивановну! Это проходит "красной нитью" по всей 7 главе. Его чуть не повесили, а он думает о ней... Кто же ее защитит, если не он!
"... Мне накинули на шею петлю. Я стал читать про себя молитву, принося богу искреннее раскаяние во всех моих прегрешениях и моля его о всех близких моему сердцу..."
Разумеется, он испытал и чувство глубокого огорчения и разочарования от смерти близких людей... Ему было жаль Кузьмича и его жену Василису.
