Відповідь:
Федько-халамидник — заводій, дитячий «отаман». «Спокій був його ворогом», — сказано про Федька в авторській ремарці. І це справді так. Федько любить влаштовувати ризикові розваги, дражнити сусідських хлопців. Скільки в ньому відваги, життєвого азарту, винахідливості й тієї надійності, яка, власне, й робить його ватажком! В оповіданні «Федь-ко-халамидник» важлива не тільки напруга подієвої інтриги, а й психологічний сюжет. Ось як автор малює сцену, в якій один виявляє слабкість духу, а другий — великодушність (Слабкодухий боягузливий Толя перекладає свою провину на Федька — і той його рятує) «Федькові знов упала з голови шапка, як ударив його Толин батько. Він підняв її й подивився на Толю. Але Толя тулився до матері, яка милувала його і жаліла його… » Федько в Толю, а розплатився за це тяжкими побоями своїх і чужих батьків, та, зрештою, власним життям. Проте, очевидно, по-іншому він не міг. Бачити перед собою слабкого, морально пригніченого, настрахованого і завдати йому удару — це не у Федьковому характері, це понад його гідність!
Пояснення:
Людська душа незбагнена. Її можна порівняти з храмом, у якому живе духовність, витає дух любові, ридає навколішках каяття. Її можна порівняти з новобудовою, де нема ні вікон, ні дверей, де завиває вітер і лютує холод. Її можна порівняти з розкішною віллою, у якій царює багатство, сміється безтурботність, але нема місця для добра, жертовності, щирості.
Чацкий Софью любит, она не такая, как прочие московские барышни. И героиня Чацкого любила, молодой человек оставил значительный след в ее душе, до сих пор он ей небезразличен.
Но на Софье тоже есть «особый отпечаток», как на всех московских. Она получила то воспитание и образование, каких требовало общество. У нее сложился определенный идеал семейной жизни – московский. Правда, на формирование этого идеала оказали влияние и французские романы о необыкновенной любви. Долгое время Чацкого не было рядом с Софьей (он «три года не писал двух слов»). Зато был Молчалин, вполне, с точки зрения героини, подходящий на роль милого, несмелого, робкого возлюбленного.
Подобный образ девушка себе придумала и "наложила его" на Молчалина. Ей нравился не Молчалин, каким он был на самом деле, а Молчалин, каким она себе его представляла. И.А. Гончаров отмечал, что эта героиня «не безнравственна: она грешит грехом неведения, слепоты». Софья решительна, она готова бороться за свое счастье, именно поэтому она и придумывает свой сон. Героиня ждет случая, чтобы подготовить отца к мысли об ее браке с Молчалиным. Что нам напоминает ее рассказ о сне? В нем чувствуются черты , столь популярной в эпоху Грибоедова: разлука с любимым, противостояние мира, фантастические чудовища… «Тут все есть, коли нет обмана», – реагирует на этот сон Фамусов.
Софья достаточно умна, чтобы не сердить отца, она хитрит, обманывает, не ощущая при этом угрызений совести. Она остра на язык, язвительна.
И.А. Гончаров дал Софье следующую характеристику: «Это смесь хороших инстинктов с ложью, живого ума с отсутствием всякого намека на идеи и убеждения, путаница понятий, умственная и нравственная слепота – все это не имеет в ней характера личных пороков, а является, как общие черты ее круга. В собственной, личной ее физиономии прячется в тени что-то свое, горячее, нежное, даже мечтательное. Остальное принадлежит воспитанию».
Образ Софьи играет весьма значимую роль в комедии. С ней связана завязка конфликта любовного, а также и завязка конфликта личности и общества, которая происходит в эпизоде разговора Чацкого и Фамусова о сватовстве, перешедшего на разговор о службе.
Кульминационные моменты этих двух конфликтов совпадают, и точка совпадения – Софья, обмолвившаяся в гневе за Молчалина - «Он не в своем уме». Героиня сознательно подтвеждает сумасшествие Чацкого:
А, Чацкий! Любите вы всех в шуты рядить,