При объективном рассмотрении деятельности А.И. Солженицына в 1960-е годы с неизбежностью приходится в первую очередь учитывать ее полускрытый от общества, большей частью строго законспирированый характер. Это приводило к крайне разноречивым оценкам личности писателя среди современников, к искаженному восприятию смысла его реальных политических устремлений даже со стороны достаточно часто общавшихся с ним людей (в чем мы могли убедиться на примере А. Твардовского). Непривычность, экстраординарность подобного образа поведения писателя на фоне норм, принятых в советском обществе, долгое время держала в заблуждении и власть, которая в результате столкнулась с чрезвычайно серьезными проблемами. Во многом обманутыми чувствовали себя и читатели первых произведений Солженицына, получившие впоследствии возможность убедиться, что писатель вел двойную игру не только с государством, но и с ними.
Очевидно, что одним из главных секретов успеха Солженицына на первом этапе его деятельности (до 1965 г.) являлось то, что он сумел не только «возвыситься» над этими общественными нормами, но и позволял себе манипулировать ими и извлекать из этого максимальную выгоду. Как известно, писатель первоначально избрал в своем поведении тактику строгого соблюдения внешней лояльности:
«Никогда не выделяться ни на плечо в сторону бунта, борьбы, быть образцовым советским гражданином»
Для проведения финансовой аферы среднего масштаба чиновник Чичиков прибыл в уездный город N, чтобы познакомиться со здешней элитой и проехаться по близлежащим имениям прикупить по дешевке мертвых душ крестьян.
В процессе поездки он знакомится с разного рода помещиками, каждый из которых стал для нас уже нарицательным. Пьяница и хам Ноздрев, мечтатель и прожектер Манилов, домовитая Коробочка, ищущий выгоду во всем, обжора Собакевич, скупердяй даже для самого себя Плюшкин.
Также подробно живописуются нравы уездного города, пропитанные коррупцией, адюльтером и просто лживостью.
Еще произведение изобилует известными описаниями,например, природы, русской тройки и пр...Не даром сам Гоголь с изрядной долей иронии назвал свое творение поэмой.