Для нас Салтыков-Щедрин — это прежде всего замечательный русский писатель-сатирик с его неповторимым художественным стилем, сотрудник журнала «Современник», редактор «Отечественных записок», активный участник общественно-политической борьбы. Но большую часть своей жизни он состоял на службе, занимая при этом достаточно высокие посты. Что нам известно об этой стороне жизни писателя? Какое значение имела для его творчества государственная служба Салтыкова-Щедрина?
Освобождение из вятской ссылки (ей посвящена отдельная статья) пришло только в 1855 г. после смерти Николая I. Салтыков вернулся из ссылки в январе 1856 года, вернулся человеком, много пережившим, много познавшим, но не утратившим веры в свои силы, истосковавшимся по литературному труду. Он сразу же принимается за цикл произведений под общим названием «Губернские очерки», в которых стремился правдиво, без прикрас рассказать обо всем, что ему довелось увидеть и услышать за годы ссылки. Отталкиваясь от хорошо известных ему фактов, ситуаций, фигур, писатель рисует выразительные картины провинциальной жизни, стремясь придать им широкое, типическое звучание. Всего за несколько месяцев он создает около десятка рассказов и очерков, действие которых развертывается в губернском городе Крутогорске, своим названием намекающем на Вятку, распложенную на крутом, обрывистом берегу.
В 1856 году «Губернские очерки» были опубликованы в журнале «Русский вестник», а подписаны они были неизвестной ранее в литературе фамилией — Н. Щедрин. Так родился великий русский писатель-сатирик. Но пока творчество еще не стало его главным и единственным делом. В Вятке он уже подумывал о том, чтобы бросить службу и заняться только литературой. Но жизнь внесла свои коррективы. В ссылке Салтыков познакомился с дочерью вятского вице-губернатора Лизой Болтиной, сделал ей предложение и сразу после возвращения в Петербург женился. Теперь необходимо было обеспечивать семью, поскольку никаких доходов от имения родителей он не получал. Но кроме того, писатель еще верил в то, что на государственной службе он может принести пользу отечеству. Пробыв в Петербурге всего два с небольшим года (1856 — март 1858), он с женой отправляется вице-губернатором в Рязань. Так началось десятилетие его губернского начальствования: в Твери — вице-губернатором, в Пензе — председателем казенной палаты, затем в Туле и вновь в Рязани.
Но и литературная деятельность его в эти годы не прекращалась, более того — государственная служба Салтыкова-Щедрина давала богатый материал для художественного осмысления. В те же годы выходят два новых сатирических сборника — «Невинные рассказы» и «Сатиры в прозе», вобравшие в себя произведения, созданные в конце 1850-х — нач. 1860-х годов. Самыми значительными из них были рассказы об обитателях города Глупова, в которых нашли отражение впечатления писателя от пребывания в Рязани и Твери. Так начал складываться замысел его знаменитой сатирической хроники "История одного города", опубликованной позднее — в 1871 году. Здесь Щедрин рисует целую галерею страшных своей жестокостью и тупостью градоначальников города Глупова, показывает полную несостоятельность власти, с одной стороны, и полное покорство ей жителей города, с другой. В цикле сатирических рассказов «Помпадуры и помпадурши» (1863-1873) Щедрин рисует типы администраторов пореформенного времени, вначале прикрывавшихся либерализмом, а затем сбросивших маску и показавших свое истинное лицо. Самому ему не раз пришлось убеждаться на опыте, насколько тяжело новые идеи проникали в сознание и практику российского чиновничества.
Еще в 1856-1858 годах, работая в Петербурге в Министерстве внутренних дел, Салтыков активно включается в разработку тех проектов обновления администрации, которые тогда начали подготавливаться. Свою служебную деятельность он стремится обосновать теоретически. Сущность его теории состоит в том, чтобы достигнуть прогресса путем либеральных преобразований под руководством просвещенного начальства. Как пишет сам Щедрин, в шутливом тоне эту теорию можно назвать так: «Теория приведения влиятельного человека на правый путь».
Но в действительности все оказалось гораздо сложнее. Так, приняв дела в Рязани, Салтыков сразу заявил представителям дворянства и местной власти: «Я не дам в обиду мужика». Но далеко не все согласились с такой позицией. За непримиримое отношение ко всяческим злоупотреблениям чиновников, за защиту крестьян рязанские обыватели прозвали Салтыкова «вице-Робеспьером», писали на него доносы.
Служба Салтыкова-Щедрина не позволяет ему много времени уделять литературе, но зато дает богатейшие жизненные впечатления. Именно в Рязани он вновь по-настоящему столкнулся с помещичьим сословием. Здесь он почувствовал силу сопротивления дворян против готовящейся реформы — отмене крепостного права. Не меньшую силу сопротивления против попыток преобразования оказал и чиновничье-админнстративный аппарат
