Гоголь... один из любимейших писателей, произведения которого всегда приберегаю на десерт, растягивая удовольствие.
Несколько лет назад читал Петербургские повести, но не все, а какие именно, уже и не помню, возможно эту повесть тоже читал, а возможно нет. В любом случае, это прочтение получилось "как в первый раз" и повесть очень понравилась.
Есть схожие линии с Портретом Дориана Грея , но их немного, Гоголь, как и всегда, очень самобытен, и его произведения не похожи на произведения других писателей, он стоит особняком на вершине горы мировой литературы, в своей неизменной шинели, из которой, как кролики из шляпы фокусника, вышли многие современные писатели.
В данном произведение ведётся речь о бедном художнике, который, на последние три гривенные монетки, купил в картинной лавке старинный портрет неописуемой красоты, изображающий пожилого грека, глаза которого казались живыми и смотрящими вглубь того, кто любовался этой картиной.
С этой картины художник прославился, заработал состояние, но потерял стремление к мечте опустился до мэйнстримного портретиста, штамповавшего портреты дам и господ, заказы от которых поступали бесперебойно.
Конечно хорошего финала ждать не приходится, но и плохим его не назовёшь, он скорее мистический, как и всё произведение в целом. Напоминающее бред полоумного, но очень красочный и завораживающий бред, который слушаешь с интересом и предвкушаешь продолжение истории!
- Ну! А там что? - (Митрофан; сын г-жи Простаковой, недоросль)
- А там и женишься. - (г-жа Простакова)
- Слушай, матушка, я те потешу. Поучусь; только чтоб это был последний раз и чтоб сегодни ж быть сговору. - (Митрофан)
- Придет час воли божией! - (г-жа Простакова)
- Час моей воли пришел. Не хочу учиться, хочу жениться. - (Митрофан)
- Ну! Давай доску, гарнизонная крыса! Задавай, что писать. (...) Задавай же зады, поворачивайся. - (Митрофан; сын г-жи Простаковой, недоросль)
- Все зады, ваше благородие. Ведь с задами-то век назади останешься. - (Цыфиркин; отставной сержант, учитель математики)
- Не твое дело, Пафнутьич. Мне очень мило, что Митрофанушка вперед
- Задача. Изволил ты, на приклад* (* например), итти по дороге со мною. Ну, хоть возьмем с собою Сидорыча. Нашли мы трое... - (Цыфиркин; отставной сержант, учитель математики)
- Трое. - (Митрофан; сын г-жи Простаковой, недоросль)
- На дороге, на приклад же, триста рублей. - (Цыфиркин)
- Триста. - (Митрофан)
- Дошло дело до дележа. Смекни-тко, по чему на брата? - (Цыфиркин)
- Единожды три - три. Единожды нуль - нуль. Единожды нуль - нуль. - (Митрофан)
- Что, что, до дележа? - (г-жа Простакова)
- Вишь триста рублей, что нашли, троим разделить. - (Митрофан)
- Врет он, друг мой сердечный. Нашед деньги, ни с кем не делись. Все себе возьми, Митрофанушка. Не учись этой дурацкой науке. - (г-жа Простакова)
- Пиши, ваше благородие. За ученье жалуете мне в год десять рублей. - (Цыфиркин; отставной сержант, учитель математики)
- Десять. - (Митрофан; сын г-жи Простаковой, недоросль)
- Теперь, правда, не за что, а кабы ты, барин, что-нибудь у меня перенял, не грех бы тогда было и еще прибавить десять. (...) Сколько бы ж на год? - (Цыфиркин)
- Нуль да нуль - нуль. Один да один... - (Митрофан)
- Не трудись по-пустому, друг мой! Гроша не прибавлю; да и не за что. Наука не такая. Лишь тебе мученье, а все, вижу, пустота. Денег нет - что считать? Деньги есть - сочтем и без Пафнутьича хорошохонько. - (г-жа Простакова)