ДО: Женщина рассказала печальную историю, перебивая рассказ умильным гульканием девочке и уверениями, что Мери в раю. Все трубы Каперны дымились с утра до вечера, трепля дым по крутым крышам. Услышав голос девочки, звавшей его, он подошел к ней, крепко поцеловал и прикрыл сбившимся одеялом. Он прожил немного менее сорока восьми часов, призывая на Лонгрена все бедствия. Бросив лопату, он сел к низкому хворостяному забору и посадил девочку на колени.
ПО: Из денег, оставленных Лонгреном, добрая половина ушла на лечение после трудных родов. Рыбачьи лодки, повытащенные на берег, образовали на белом песке длинный ряд темных килей, напоминающих хребты громадных рыб. На единственной улице деревушки редко можно было увидеть человека, покинувшего дом. Лонгрен выходил на мостик, настланный по длинным рядам свай. Меж Лонгреном и Меннерсом, увлекаемым в штормовую даль, было не больше десяти сажен еще расстояния.
Гвидон - воплощение пушкинское образа- Поэта; поэтому и княжество его на чудном острове Буяне, где только и могут быть «дива дивные». Град- народная утопия всеобщего довольства и благополучия, здесь воплощаются любые фантазии. Главный лирический мотив связан с «грустью- тоскою» разлученных отца и сына. Апофеоз радости звучит в конце сказки, когда царь вдруг как чудо получает и жену, и сына, и невестку- диво, а те волшебные чудеса, что видел по дороге- были только «присказками» к настоящей сказке счастливой семьи. В дальнейшем П. изображает счастье как большой дом.
Центральный образ- царевна Лебедь, «чистейший прелести чистейший образец», что явился Пушкину в его невесте Наталье Николаевне. В ней соединились черты белой лебедушки- невесты из свадебных песен, девы-волшебницы и невесты Лебедь- выражение идеи о том, что поэзий повелевает кросота, она есть высший смысл поэзии.
Играются 2 свадьбы. Первый по расчету- сына хотел, второй - по страстной любви Гвидона. Прочная основа брака - не любовная страсть, а более широкое чувство. Для романтич. Произведений характерно двоемирие. Здесь реализуется на реалистичном уровне: не как противопоставление пошлого обыденного мира и мира фантастического, а как гармоничное соединение этих миров, как слиянии Семьи и Поэзии.