В статье на материале стихотворений Б. Ю. Поплавского «Дождь», «Орфей», «Танец Индры», «Автоматические стихи № 139, 140, 141» исследуется образ Орфея в контексте излюбленных поэтом лирических тем: музыки и смерти. Интерпретация Б. Ю. Поплавским образа мифического певца и музыканта Орфея свидетельствует о напряженности метафизических поисков поэта, связанных с пониманием сущности Бога и роли искусства в судьбе молодого поколения первой волны русской эмиграции.
Ключевые слова: миф об Орфее, орфизм, поэт, музыкант, понимание музыки и смерти.
Объяснение:
.
Князь Александр был сыном великого князя Ярослава. Его мать звали Феодосией. Ростом Александр был выше других, голос у него был как труба, а лицо — прекрасно. Он был сильным, мудрым и храбрым.
Знатный человек из Западной страны по имени Андреяш специально пришёл посмотреть на князя Александра. Вернувшись к своим, Андреяш говорил, что не встречал человека, подобного Александру.
Услышав об этом, король Римской веры из Полуночной страны захотел завоевать землю Александрову, пришёл к Неве и послал своих послов в Новгород к Александру с извещением, что он, король, берёт его землю в плен.
Александр в церкви Святой Софии, принял благословение от епископа Спиридона и пошёл на врагов с небольшой дружиной. У Александра даже не было времени послать весть к отцу, и многие новгородцы не успели присоединиться к походу.
Старейшине земли Ижорской, носившему имя Пелугий (во святом крещении — Филипп), Александром был поручен морской дозор. Разведав о силе вражеского войска, Пелугий пошёл навстречу Александру, чтобы рассказать обо всём. На рассвете Пелугий увидел плывшую по морю ладью, а на ней — святых мучеников Бориса и Глеба. Они сказали, что собираются своему сроднику Александру.
Встретив Александра, Пелугий поведал ему о видении. Александр велел никому об этом не говорить.
Князь Александр вступил в сражение с латинянами и самого короля ранил копьём. В битве особенно отличились шесть воинов: Таврило Олексич, Сбыслав Якунович, Иаков, Миша, Савва и Ратмир.
Трупы убитых латинян нашли и на другом берегу реки Ижоры, где войско Александра не могло пройти. Их перебил ангел Божий. Оставшиеся враги бежали, а князь возвратился с победой.
На следующий год опять пришли латиняне от Западной страны и построили город на Александровой земле. Александр немедля срыл город, одних врагов казнил, других взял в плен, а третьих помиловал.
На третий год, зимой, Александр сам пошёл на немецкую землю с большим войском. Ведь враги уже взяли город Псков. Александр освободил Псков, но многие немецкие города заключили союз против Александра.
Битва произошла на Чудском озере. Лёд там покрылся кровью. Очевидцы рассказывали о воинстве Божием в воздухе, которое Александру.
Когда князь возвращался с победой, духовенство и жители Пскова торжественно встречали его у стен города.
Литовцы начали разорять волости Александровы, но Александр разбил их войска, и с тех пор они стали его бояться.
В то время в Восточной стране был сильный царь. Он послал послов к Александру и велел князю приехать к нему в Орду. После смерти отца Александр с большим войском пришёл во Владимир. Весть о грозном князе разнеслась по многим землям. Александр, получив благословение от епископа Кирилла, поехал в Орду к царю Батыю. Тот воздал ему почести и отпустил его.
Царь Батый разгневался на Андрея, суздальского князя (младшего брата Александра), и его воевода Невруй разорил Суздальскую землю. После этого великий князь Александр восстановил города и церкви.
К Александру пришли послы от римского папы. Они сказали, что прислал папа Александру двух кардиналов, которые расскажут о законе Божьем. Но Александр ответил, что русские закон знают, а от латинян учение не приемлют.
В то время царь из Восточной страны заставлял христиан ходить вместе с ним в поход. Александр приехал в Орду, чтобы уговорить царя не делать этого. А сына своего Дмитрия послал на Западные страны. Дмитрий взял город Юрьев и возвратился в Новгород.
А князь Александр на обратном пути из Орды заболел. Он принял монашество перед смертью, стал схимником и 14 ноября скончался.
Тело Александра понесли к городу Владимиру. Митрополит, священники и весь народ встретили его в Боголюбове. Были крики и плач.
Положили князя в церкви Рождества Богородицы. Митрополит Кирилл хотел разжать руку Александра, чтобы вложить в неё грамоту. Но умерший сам протянул руку и взял грамоту… Об этом чуде рассказали митрополит и его эконом Себастьян.
Объяснение:
краткое содержание
Восславим женщину-Мать, Чья любовь не знает преград, чьей грудью вскормлен весь мир! Все прекрасное в человеке —о г лучей солнца и от молока Матери. М. Горький
О матерях можно говорить бесконечно. Добрые, гордые, мужественные матери! Сколько жизней их руками, сколько бед прогнали добрые слова их, сколько подвигов совершено отважными их сердцами! Где найти слова, что смогли бы поведать о неиссякаемой материнской любви, передать щедрость их сердец? И слагают люди о матерях стихи, песни, прекрасные легенды и серьезные книги. Когда война черным горем налетела на нашу страну, материнская любовь сравнялась с подвигом. Сколько слез пролито матерями в войну! Моря,... Сколько крови отдано детям, сколько было пролито на трудовом фронте пота. Но тяжелее всего было видеть смерть детей своими глазами. Видеть и не иметь возможности им... Сколько таких матерей встретил Александр Фадеев в Краснодоне!. Но прилетела страшная весть и тяжестью непомерной легла на материнские плечи. Ушли дети на войну. Проводила и ты своих сыновей, Толгонай. Все ушли, сколько было. Остались вы с Алиман одни. Валило с ног, прижимало к земле горе, хлестала безутешная Алиман ставшими ненужными цветами беспощадную землю, поглотившую ее счастье, ее любовь. Но вы крепились. Вдали шла битва, лилась кровь, а вашей битвой была работа. “Женщины, старики, дети, голые, голодные. Как они работали тогда в колхозе, как они ждали победы, как плакали и как мучились” (это твои слова, Толгонай). Да, мне кажется уже, что не повесть Ч. Айтматова “Материнское поле” читаю я, а разговариваю с тобой, Толгонай. Делили и вы со своим народом беду. Таили крик в душе и молились за оставшихся в живых. Сколько таких обезумевших от горя, от зыбкой надежды и безнадежности матерей обращались к силам земным и небесным, молили, заклинали землю и небо и сохранить их детей. Святые кровавые слезы, кто их осушить, кто искупить вину мира перед сердцем матерей!.. Но тебе, Толгонай, не увидеть даже могил своих детей. Никогда не узнаешь ты, где сразила их вражья пуля. Останутся шапка на стене, фотография под стеклом, шум проносящегося мимо, на фронт, поезда и застывший в воздухе крик: “Ма-а-ма!” Долго тогда бежала ты вслед по шпалам, потом упала, забилась головой о дрожащие рельсы. “Пусть я буду последней матерью, которая так ждала сына”. Мужайся, Толгонай! Страшно, когда погибает дитя за тысячи верст от родного дома, но еще страшней, когда на глазах уводят его на смерть, на пытки, когда тянутся к нему преступные руки. Какое горе может сравниться с этим? А видеть, как выворачивают сыну суставы, как смертельно бледнеет родное лицо, как зажали стон сведенные губы, и молчать... Смогла бы ты, Толгонай?.. Все выносили матери. Казалось, сотканные из одних нервов, вставали в угрюмую очередь у тюремных ворот со страшным блеском в опухших от слез и бессонницы глазах и произносили: “Нет, я только об одном молю Бога, чтобы до самой смерти не сломали ему крыльев, чтобы не дрожал он перед этими псами, чтобы плевал он им в лицо!” Подними же и ты голову, Толгонай, и иди против . так, как шли они. Ведь ты хочешь, чтобы люди оставались людьми, чтобы война не калечила в людях живую человеческую душу, чтобы она не вытравляла в них доброту и сострадание. Да будет так! Потому что кто же, как не матери, могут остановить войну и беду. Они понимают друг друга без слов — матери всей земли.