Нечистоплотный в делах почтмейстер - ещё один второстепенный герой пьесы Гоголя "Ревизор", который является дополнительной характеристикой чиновничества. Разоблачение социального слоя возможно только через множество неблаговидных примеров поведения отдельных лиц, одного или двух плутов недостаточно. Тем более во времена написания пьесы почта была единственным средством связи и коммуникации на дальние расстояния. Вскрывая чужие письма, почтмейстер обладал невероятным объёмом информации, которая, как известно, правит миром. То есть не следует преуменьшать роль Шпекина.
Шпекин поступает вполне резонно, спрашивая "не будет ли какого замечания по части почтового управления?" только после того, как "одалживает" денег Хлестакову. В поведении почтмейстера нет робости или нахальства - это среднестатистический чиновник, который вытягивается по струнке при виде любого начальства. При этом он всё же на особом счету и смеет говорить городничему, что у того "руки коротки" сослать его в Сибирь. Система почтового сообщения в те годы - это почтовые отделения с приписанными к ним почтовыми лошадьми и Шпекин собственноручно дал Хлестакову лучшую тройку, чтобы тот уехал из города с комфортом, да ещё и дал предписание для других почтовых станций выделять лучших перекладных на всём пути.
Цитаты
Этому не учите, это я делаю не то чтоб из предосторожности, а больше из любопытства: смерть как люблю узнать, что есть нового на свете. Я вам скажу, что эт преинтересное чтение. Иное письмо с наслаждением прочтёшь - так описываются разные пассажи... а назидательность какая... лучше, чем в "Московских ведомостях"!
Имею честь представиться: почтмейстер, надворный советник Шпекин.
Удивительное дело, господа! Чиновник, которого мы приняли за ревизора, был не ревизор.
Совсем не ревизор - я узнал это из письма...
Да из собственного его письма. Приносят ко мне на почту письмо. Взглянул на адрес - вижу: "в Почтамтскую улицу". Я так и обомлел. "Ну, - думаю себе, - верно, нашёл беспорядки по почтовой части и уведомляет начальство". Взял да и распечатал.
Сам не знаю, неестественная сила побудила. Призвал было уже курьера, с тем чтобы отправить его с эштафетой, - но любопытство такое одолело, какого ещё никогда не чувствовал. Не могу, не могу! слышу, что не могу! тянет, так вот и тянет! В одном ухе вот и слышу "Эй, не распечатывай! пропадёшь, как курица"; а в другом словно бес какой шепчет: "Распечатай, распечатай, распечатай!". И как придавил сургуч - по жилам огонь, а распечатал - мороз, ей богу мороз. И руки дрожат, и всё помутилось.
В том-то и штука, что он не уполномоченный и не особа!
Ни сё ни то; чёрт знает что такое!
Куды воротить! Я, как нарочно, приказал смотрителю дать самую лучшую тройку; чёрт угораздил дать и вперёд предписание.
