Так вы хотите, чтобы я вам еще рассказал про деда почему же не потешить прибауткой? Эх, старина, старина! Что за радость, что за разгулье падет на сердце, когда услышишь про то, что давно-давно, и года ему и месяца нет, деялось на свете! А как еще впутается какой-нибудь родич, дед или прадед, — ну, тогда и рукой махни: чтоб мне поперхнулось за акафистом великомученице Варваре, если не чудится, что вот-вот сам все это делаешь, как будто залез в прадедовскую душу или прадедовская душа шалит в тебе... Нет, мне пуще всего наши дивчата и молодицы; покажись только на глаза им: «Фома Григорьевич! Фома Григорьевич! а нуте яку-небудь страховинну казочку! а нуте, нуте!..» — тара-та-та, та-та-та, и пойдут, и пойдут... Рассказать-то, конечно, не жаль, да загляните-ка, что делается с ними в постеле. Ведь я знаю, что каждая дрожит под одеялом, как будто бьет ее лихорадка, и рада бы с головою влезть в тулуп свой. Царапни горшком крыса, сама как-нибудь задень ногою кочергу — и Боже упаси! и душа в пятках. А на другой день ничего не бывало, навязывается сызнова: расскажи ей страшную сказку, да и только. Что ж бы такое рассказать вам? Вдруг не взбредет на ум... Да, расскажу я вам, как ведьмы играли с покойным дедом в дурня[1]. Только заране вас, господа, не сбивайте с толку; а то такой кисель выйдет, что совестно будет и в рот взять. Покойный дед, надобно вам сказать, был не из простых в свое время козаков. Знал и твердо-он — то, и словотитлу поставить. В праздник отхватает Апостола, бывало, так, что теперь и попович иной спрячется. Ну, сами знаете, что в тогдашние времена если собрать со всего Батурина грамотеев, то нечего и шапки подставлять, — в одну горсть можно было всех уложить. Стало быть, и дивиться нечего, когда всякий встречный кланялся ему мало не в пояс.
Да, мы ждем весны, но ведь весной тает снег, выставляя напоказ все то, что люди кидали в него, думая, что это не страшно, этого никто не увидит. Но мы видим. Это видят все, когда снег уже сошел, а первая зелень не в состоянии скрыть весь этот мусор. Мы должны относиться к окружающей природе, так как относимся к собственному дому, но ведь дома мы не бросаем ненужные вещи на пол.
Важно беречь природу, ведь нам предстоит передать этот мир нашим детям, которые должны увидеть его таким, каким видим его мы. Для них мир должен быть чистым. В нем не должно быть мусорных пакетов, валяющихся вдоль дорог. Они не должны видеть пивных бутылок, стоящих на каждом углу. Наши дети должны учиться у нас сохранять этот мир, перенимая у нас полезную привычку – не мусорить. Если они этому научаться, то в свою очередь постараются передать уже их детям тот мир, который им показали мы.
С уважением нужно относиться не только к городской природе, но и к лесам. Отправляясь на отдых в соседний лес, мы вряд ли обрадуемся, увидев там вместо чудесных цветов ужасные пластиковые бутылки, выброшенные нерадивыми туристами. Тем более пластик, как всем известно, остается в земле долгие годы и не гниет. Леса должны радовать нас могучими деревьями, благоухающими растениями, чистой водой журчащих ручьев, а не огорчать горами мусора, оставленного там людьми. Давайте беречь природу, ведь она так от нас зависит!