Первым заданием Геракла (Геркулеса) у микенского царя Еврисфея было убийство Немейского льва. Обителью чудовищу служила пещера с двумя выходами. Чтобы изловить зверя, Геракл завалил один из выходов камнями, и когда лев появился из пещеры во время сумерек, герой вступил с ним в схватку.
Второе - По приказу царя Еврисфея Геракл и Иолай направились на поиски гидры и по совету Афины сразили её. Логовище гидры было у озера Лерна вблизи Арголиды. Под водой был вход в подземное царство Аида, который охранялся гидрой. Гидра пряталась в скалистой пещере на берегу близ источника Амимоны.
Как рассказывал мне мой отец, все мы - это природа. Люди, деревья и звери, растения, насекомые. Все вместе мы соединены и живем в постоянном общении. Мои родители любят устраивать пешие прогулки на природу. Конечно же они часто берут меня с собой. Я никогда не отказывался, потому что люблю изучать новые места, смотреть, как мои папа и мама смотрят друг на друга любящими взглядами, как осенняя природа изменяется, готовясь к скорым холодам. Я люблю это время года, я могу долго гулять на улице, могу даже забыть, что на следующий день нужно подготовить уроки, сложить портфель и вовремя покушать. Мама сердится на меня за это, но я не виноват, что мне так нравится гулять осенними дворами.
У меня есть знакомый Вася. Мы вместе с ним ходим через дорогу в местный парк. Там гуляют обычно взрослые. И наши родители нам не разрешают туда ходить. Но мы часто туда отправлялись, чтобы узнать, почему это место находится под запретом старших. Сколько раз мы туда ни ходили, все равно так и не могли понять, что опасного в этом месте. Красивые деревья, длинные извилистые дорожки, речка, которая засыпана уже сейчас золотыми листьями. Иногда можно встретить пары, которые прогуливаются не спеша и обычно обнимают друг друга. Мы с Васей любили разжигать костер возле берега. Он собирал сухие ветки и листья, а я разжигал его. У нас получалось много дыма. А когда я возвращался домой, мама меня часто ругала за то, что вся одежда снова пропиталась костром. Папа меня никогда не ругал за то, что я не слушался, но смотрел на меня так строго, что мне больше не хотелось поступать неправильно.