Нельзя же все богатства разом — чуть-чуть грядущему оставь. И, действительно, становится страшно. Задумываешься, и замирает сердце. Ведь сколько горя совершено, сколько уничтожено ценностей,» ценностей природы, сколько существует нерешенных проблема, но жизнь идет, проходят годы, а экологические проблемы остаются незавершенными на самом начальном этапе.
Писатели страны немало сделали для предотвращений природоразрушительных авантюр и продолжают делать. Доказательство тому — различные публицистические статьи. Но наиболее ярко открывается богатый мир природы и ее проблемы в художественных произведениях советских писателей. В них, как и в жизни, ярко и остро, совмещаются высокое и низменное, радостное и печальное, светлое и темное. Они как бы являются продолжением традиций писателей 20-х гг., серебряного века русской литературы. В их произведениях отчетливо звучит тема величия русской природы. О самобытной красоте Руси, ее богатствах пишет А. Блок в своем дореволюционном стихотворении «Русь». Перед нами предстает образ Родины во всей своей красе.
Русь, опоясана реками И дебрями окружена. С болотами и журавлями И с мутным взором колдуна...
Что-то сказочное и таинственное чувствуется в строках этого стихотворения. Автор восхищается «незапятнанной первоначальной чистотой». А вот костер зари, и плеск волны, и серебристая луна, и шелест тростника, и голубая гладь озер —- вся красота родного края у Есенина, которая с годами отличалась в стихах, полных любви к русской земле: О Русь — малиновое поле И синь, упавшая в реку, Люблю до радости и боли Твою озерную тоску. Да, это «малиновое поле», которое воспевали Блок и Есенин, исчезает.
По-иному звучит эта тема у современных писателей. Тема красоты природы, ее здоровья важна сама по себе. В ней исток авторских раздумий глобального, хотя и мрачного характера. «Изначальное равновесие» природы попирается людьми. Этой проблеме большое внимание уделили Ч. Айтматов, В. Распутин, Ю. Бондарев и многие другие. Их произведения — это обвинительный акт человеку, его злодеяниям.
Тему «человек и природа» можно раскрыть, на мой взгляд, наиболее полно на примере произведений Ч. Айтматова «Плаха» и В. Распутина «Прощание с Матерой». Роман «Плаха» многогранен, разнопланов. Писатель избрал три разных русла наблюдений. Но моя задача — раскрыть тему природы, предчувствия катастрофы.
«Бескрайние степи, зеленые долины и приозерье, высокогорные тропы — все поражает своей неповторимой красотой. И не видно было ни конца, ни края этой земли. Всюду темные едва угадываемые дали сливались со звездным небом — таким выглядел край в предутреннюю пору». Все это с глубоким
В Восхищением описывает автор, когда на какое-то мгновение воцаряется «изначальное равновесие» природы. Но затем оно, это «изначальное равновесие» природы попирается людьми. Становится страшно и жутко. Неужели такое может вершить человек, пользующийся дарами природы? Остановись, человек, пока не поздно!
Писатель раскрывает «душу» Акбары, когда волчица видит сны о своих щенятах, когда она просит волчью богиню ей, когда она вынуждена мстить людям, когда испытывает нежность к ребенку человека. Круг замыкается. Кровожадный, как принято считать волка, зверь вызывает у меня сочувствие, жалость, желание защитить его и волчат. Каждый должен задуматься над этим произведением, каждый должен решить эту проблему в себе. Проблема сосуществования человека и животного, необходимого разграничения животной и человеческой среды, ответственность за совершаемые К поступки, касающиеся нарушения природных законов, необходимость рационального и деликатного вмешательства в природные явления встают перед нами со страниц повести Ч. Айтматова.
Произведение В. Распутина «Прощание с Матерой» поражает, с одной стороны, отчаянием и незащищенностью представителей старшего поколения деревни, а с другой — логической завершенностью назревшей проблемы. Конфликт этого произведения непрост, это не традиционное противопоставление «отцов и детей» XX в. Дело не в том, что старики не хотят покидать деревню, подлежащую затоплению, из-за каких-то своих старческих причуд, она в их представлении является заветом не одного поколения предков. Уход из нее равносилен для них предательству, нарушением старых незыблемых законов, на которых строилась жизнь на протяжении нескольких веков. Сохранение в неприкосновенности дедовских могил представляется знаменитым распутинским бабкам главным делом их непростой и нерадостной жизни.
Радостный период детства» Толстой был четвертым ребенком в большой дворянской семье. Его мать, урожденная княжна Волконская, умерла, когда Толстому не было еще двух лет, но по рассказам членов семьи он хорошо представлял себе «ее духовный облик»: некоторые черты матери (блестящее образование, чуткость к искусству, склонность к рефлексии) и даже портретное сходство Толстой придал княжне Марье Николаевне Болконской («Война и мир»). Отец Толстого, участник Отечественной войны, запомнившийся писателю добродушно-насмешливым характером, любовью к чтению, к охоте (послужил прототипом Николая Ростова), тоже умер рано (1837). Воспитанием детей занималась дальняя родственница Т. А. Ергольская, имевшая огромное влияние на Толстого: «она научила меня духовному наслаждению любви». Детские воспоминания всегда оставались для Толстого самыми радостными: семейные предания, первые впечатления от жизни дворянской усадьбы служили богатым материалом для его произведений, отразились в автобиографической повести «Детство». Казанский университет Когда Толстому было 13 лет, семья переехала в Казань, в дом родственницы и опекунши детей П. И. Юшковой. В 1844 Толстой поступил в Казанский университет на отделение восточных языков философского факультета, затем перевелся на юридический факультет, где проучился неполных два года: занятия не вызывали у него живого интереса и он со страстью предался светским развлечениям. Весной 1847, подав об увольнении из университета «по расстроенному здоровью и домашним обстоятельствам», Толстой уехал в Ясную Поляну с твердым намерением изучить весь курс юридических наук (чтобы сдать экзамен экстерном), «практическую медицину», языки, сельское хозяйство, историю, географическую статистику, написать диссертацию и «достигнуть высшей степени совершенства в музыке и живописи». «Бурная жизнь юношеского периода» После лета в деревне, разочарованный неудачным опытом хозяйствования на новых, выгодных для крепостных условиях (эта попытка запечатлена в повести «Утро помещика», 1857), осенью 1847 Толстой уехал сначала в Москву, затем в Петербург, чтобы держать кандидатские экзамены в университете. Образ его жизни в этот период часто менялся: то он сутками готовился и сдавал экзамены, то страстно отдавался музыке, то намеревался начать чиновную карьеру, то мечтал поступить юнкером в конногвардейский полк. Религиозные настроения, доходившие до аскетизма, чередовались с кутежами, картами, поездками к цыганам. В семье его считали «самым пустяшным малым», а сделанные тогда долги ему удалось отдать лишь много лет спустя. Однако именно эти годы окрашены напряженным самоанализом и борьбой с собой, что отражено в дневнике, который Толстой вел в течение всей жизни. Тогда же у него возникло серьезное желание писать и появились первые незавершенные художественные наброски. «Война и свобода» В 1851 старший брат Николай, офицер действующей армии, уговорил Толстого ехать вместе на Кавказ. Почти три года Толстой прожил в казачьей станице на берегу Терека, выезжая в Кизляр, Тифлис, Владикавказ и участвуя в военных действиях (сначала добровольно, потом был принят на службу). Кавказская природа и патриархальная простота казачьей жизни, поразившая Толстого по контрасту с бытом дворянского круга и с мучительной рефлексией человека образованного общества, дали материал для автобиографической повести «Казаки» (1852-63). Кавказские впечатления отразились и в рассказах «Набег» (1853), «Рубка леса» (1855), а также в поздней повести «Хаджи-Мурат» (1896-1904, опубликована в 1912). Вернувшись в Россию, Толстой записал в дневнике, что полюбил этот «край дикий, в котором так странно и поэтически соединяются две самые противоположные вещи — война и свобода». На Кавказе Толстой написал повесть «Детство» и отправил ее в журнал «Современник», не раскрыв своего имени (напечатана в 1852 под инициалами Л. Н.;
Художественная деталь — это одно из средств создания художественного образа, которое представить изображаемую автором картину, предмет или характер в неповторимой индивидуальности. она может воспроизводить черты внешности, детали одежды, обстановки, переживания или поступка. рассказ чехова «хамелеон» начинается с завязки, которая предельно проста: обычный житейский случай — борзой щенок укусил за палец «золотых дел мастера хрюкина» — дает начало развитию действия. главное в этом рассказе — диалог и отдельные реплики из толпы, а описание сведено к минимуму. оно носит характер авторских ремарок (полицейский надзиратель — «в новой шинели», пострадавший — «человек в ситцевой крахмальной рубашке и расстегнутой жилетке», виновник скандала — «белый борзой щенок с острой мордой и желтым пятном на спине»). в рассказе «хамелеон» нет ничего случайного. каждое слово, каждая подробность необходимы для более точного описания и выражения мысли автора. в этом произведении такими деталями являются, например, шинель полицейского надзирателя очумело-ва, узелок в его руке, решето конфискованного крыжовника, окровавленный палец потерпевшего хрюкина. художественная деталь дает возможность наглядно представить того же очумелова в его новой шинели, которую он то снимает, то надевает вновь на протяжении рассказа несколько раз, то запахивается в нее. эта деталь подчеркивает, как меняется поведение полицейского надзирателя в зависимости от обстоятельств. голос из толпы сообщает, что собака, «кажись», генеральская, и очумелова бросает то в жар, то в холод от такой новости: «сними-ка, елдырин, с меня ужас, как жарко! »; «надень-ка, брат елдырин, на меня что-то ветром » деталь, в том числе и повторяющуюся, используют многие художники
Писатели страны немало сделали для предотвращений природоразрушительных авантюр и продолжают делать. Доказательство тому — различные публицистические статьи. Но наиболее ярко открывается богатый мир природы и ее проблемы в художественных произведениях советских писателей. В них, как и в жизни, ярко и остро, совмещаются высокое и низменное, радостное и печальное, светлое и темное. Они как бы являются продолжением традиций писателей 20-х гг., серебряного века русской литературы. В их произведениях отчетливо звучит тема величия русской природы. О самобытной красоте Руси, ее богатствах пишет А. Блок в своем дореволюционном стихотворении «Русь». Перед нами предстает образ Родины во всей своей красе.
Русь, опоясана реками И дебрями окружена. С болотами и журавлями И с мутным взором колдуна...
Что-то сказочное и таинственное чувствуется в строках этого стихотворения. Автор восхищается «незапятнанной первоначальной чистотой». А вот костер зари, и плеск волны, и серебристая луна, и шелест тростника, и голубая гладь озер —- вся красота родного края у Есенина, которая с годами отличалась в стихах, полных любви к русской земле:
О Русь — малиновое поле И синь, упавшая в реку, Люблю до радости и боли Твою озерную тоску.
Да, это «малиновое поле», которое воспевали Блок и Есенин, исчезает.
По-иному звучит эта тема у современных писателей. Тема красоты природы, ее здоровья важна сама по себе. В ней исток авторских раздумий глобального, хотя и мрачного характера. «Изначальное равновесие» природы попирается людьми. Этой проблеме большое внимание уделили Ч. Айтматов, В. Распутин, Ю. Бондарев и многие другие. Их произведения — это обвинительный акт человеку, его злодеяниям.
Тему «человек и природа» можно раскрыть, на мой взгляд, наиболее полно на примере произведений Ч. Айтматова «Плаха» и В. Распутина «Прощание с Матерой».
Роман «Плаха» многогранен, разнопланов. Писатель избрал три разных русла наблюдений. Но моя задача — раскрыть тему природы, предчувствия катастрофы.
«Бескрайние степи, зеленые долины и приозерье, высокогорные тропы — все поражает своей неповторимой красотой. И не видно было ни конца, ни края этой земли. Всюду темные едва угадываемые дали сливались со звездным небом — таким выглядел край в предутреннюю пору». Все это с глубоким
В Восхищением описывает автор, когда на какое-то мгновение воцаряется «изначальное равновесие» природы. Но затем оно, это «изначальное равновесие» природы попирается людьми. Становится страшно и жутко. Неужели такое может вершить человек, пользующийся дарами природы? Остановись, человек, пока не поздно!
Писатель раскрывает «душу» Акбары, когда волчица видит сны о своих щенятах, когда она просит волчью богиню ей, когда она вынуждена мстить людям, когда испытывает нежность к ребенку человека. Круг замыкается. Кровожадный, как принято считать волка, зверь вызывает у меня сочувствие, жалость, желание защитить его и волчат. Каждый должен задуматься над этим произведением, каждый должен решить эту проблему в себе. Проблема сосуществования человека и животного, необходимого разграничения животной и человеческой среды, ответственность за совершаемые К поступки, касающиеся нарушения природных законов, необходимость рационального и деликатного вмешательства в природные явления встают перед нами со страниц повести Ч. Айтматова.
Произведение В. Распутина «Прощание с Матерой» поражает, с одной стороны, отчаянием и незащищенностью представителей старшего поколения деревни, а с другой — логической завершенностью назревшей проблемы. Конфликт этого произведения непрост, это не традиционное противопоставление «отцов и детей» XX в. Дело не в том, что старики не хотят покидать деревню, подлежащую затоплению, из-за каких-то своих старческих причуд, она в их представлении является заветом не одного поколения предков. Уход из нее равносилен для них предательству, нарушением старых незыблемых законов, на которых строилась жизнь на протяжении нескольких веков. Сохранение в неприкосновенности дедовских могил представляется знаменитым распутинским бабкам главным делом их непростой и нерадостной жизни.