Сначала уточнение -- черточка вовсе не обязательно вещественная улика. Это могут быть и чьи-нибудь показания.
Если предположить что нам должно быть известно о чёрточке из романа, то варианты могут быть следующие. Родион признался Соне, признание слышал Свидригайлов, Свидригайлов шантажировал этим Дуню (сестра Родиона). Больше ничего.
Соня и Дуня, думаю, смело могут быть отброшены. Психологически очень маловероятно что они скажут или проговорятся.
Остаётся Свидригайлов.
В романе нет никаких указаний на то, что он рассказал Порфирию Петровичу. Родион только мучился вопросом, не ходил ли Свидригайлов к Порфирию Петровичу.
Скорее всего (моё ощущение) разговора не было.
Но, совершенно очевидно, что Порфирий Петрович собирался с ним поговорить. Просто невероятно, чтобы он не поговорил с таким соседом Сони к которой ходил Родион. Свидригайлов просто букет пороков, не может следователь пропустить такой контакт в окружении подозреваемого.
А потом Свидригайлов стреляется.
Так что не было ничего. Да и по сути романа -- сам сломался Родион.
Объяснение:
Но вот, насытясь разрушеньем
И наглым буйством утомясь,
Нева обратно повлеклась,
Своим любуясь возмущеньем
И покидая с небреженьем
Свою добычу.
Вода сбыла, и мостовая
Открылась, и Евгений мой
Спешит, душою замирая,
В надежде, страхе и тоске
К едва смирившейся реке.
Но, торжеством победы полны,
Еще кипели злобно волны,
Как бы под ними тлел огонь,
Еще их пена покрывала,
И тяжело Нева дышала,
Как с битвы прибежавший конь.
Ночная мгла
На город трепетный сошла.
Невой ограбленный подвал.
Увы! его смятенный ум
Против ужасных потрясений
Не устоял.
Мятежный шум
Невы и ветров раздавался
В его ушах.
Его терзал какой-то сон.
неделя.
Он оглушен
Был шумом внутренней тревоги.
И так он свой несчастный век
Влачил, ни зверь ни человек,
У невской пристани.
Дни лета
Клонились к осени. Дышал
Ненастный ветер. Мрачный вал
Плескал на пристань
Дождь капал, ветер выл уныло.
Где волны хищные толпились,
Бунтуя злобно вкруг него.
А в сем коне какой огонь!
Куда ты скачешь, гордый конь.
На высоте, уздой железной
Россию поднял на дыбы?
Глаза подернулись туманом,
По сердцу пламень пробежал,
Вскипела кровь.
По потрясенной мостовой.
И, озарен луною бледной.
.
