Однажды в Москве, продавая ландыши, Лиза встретила красивого и любезного молодого человека, который вместо пяти копеек дал ей рубль, но Лиза отказалась и взяла, что полагалось. Молодой человек расспросил ее, где она живет. Лиза ушла домой. Она рассказала матери о случившемся, и та похвалила дочь за то, что Лиза не взяла денег. На другой день Лиза понесла в город самые лучшие ландыши, но никому их не продала, а выкинула, чтобы не достались никому, коли не нашла она прежнего молодого человека. На следующий вечер молодой человек посетил их бедное жилище.
Лиза угостила его молоком, а мать успела рассказать о своем горе. Молодой человек говорит матери, чтобы Лиза продавала свою работу только ему. Это избавит девушку от походов в Москву. Ибо он время от времени будет приходить и на месте покупать изделия ее труда. Старушка согласилась. Молодой человек назвался Эрастом.
Это был довольно богатый дворянин, умный и добрый. Он вел рассеянную жизнь, часто скучал. Встретив Лизу, он серьезно увлекся девушкой, решил на время оставить “большой свет”.
Лиза влюбилась. Она горевала, что Эраст не простой селянин. Но вскоре появился он сам, признался ей в любви и разогнал тоску девушки. Лиза хочет рассказать матери о своем счастье, но молодой человек просит ничего не говорить ей, “ибо старые люди подозрительны”.
Молодые люди видятся ежедневно. Эраст восхищен “своей пастушкой”, так называет он Лизу.
Сравнивая взгляды на Евгения Онегина двух знаменитый критиков — Белинского и Писарева, надо сразу отметить следующее: то, что говорит Писарев, — правда, но очень узкая и злобная. Этот критик далёк от спокойного рассмотрения персонажа, он пышет к нему недоверием и неприязнью. Естественно, в такой ситуации шансов оправдаться у Онегина немного.
Критика Белинского намного более интеллектуальна и проницательна. Виссарион Григорьевич тонко подмечает психологические особенности рассматриваемого характера и его взаимоотношений с окружающим миром. Его подход к Онегину можно назвать диалектическим, то есть учитывающим всю совокупность факторов в их взаимной связи и последовательности.
Онегин — не застывшая картинка, он живёт и развивается, поэтому то, что было для него возможно в начале романа, может быть невозможно в конце. Писарев этого совершенно не видит, игнорируя прямые указания самого А. С. Пушкина на внутреннюю борьбу своего героя. Всякое высказывание Писарева, будучи частичной, ограниченной правдой, при дальнейшем развитии, расширении мысли неизбежно придёт к гораздо более глубокому пониманию Белинского.
