Комедия «Горе от ума» держится каким-то особняком в литературе и отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова. Она как столетний старик, около которого все, отжив по очереди свою пору, умирают и валятся, а он ходит, бодрый и свежий, между могилами старых и колыбелями новых людей. И никому в голову не приходит, что настанет когда-нибудь и его черед. Все знаменитости первой величины, конечно, недаром поступили в так называемый «храм бессмертия». У всех у них много, а у иных, как, например, у Пушкина, гораздо более прав на долговечность, нежели у Грибоедова. Их нельзя близко и ставить одного с другим. Пушкин громаден, плодотворен, силен, богат. Он для русского искусства то же, что Ломоносов для русского Просвещения вообще. Пушкин занял собою всю свою эпоху, сам создал другую, породил школы художников, — взял себе в эпохе всё, кроме того, что успел взять Грибоедов и до чего не договорился Пушкин. Несмотря на гений Пушкина, передовые его герои, как герои его века, уже бледнеют и уходят в Гениальные создания его, продолжая служить образцами и источником искусству, сами становятся историей. Мы изучили Онегина, его время и его среду, взвесили, определили значение этого типа, но не находим уже живых следов этой личности в современном веке, хотя создание этого типа останется неизгладимым в литературе. Даже позднейшие герои века, например лермонтовский Печорин, представляя, как и Онегин, свою эпоху, каменеют, однако, в неподвижности, как статуи на могилах. Не говорим о явившихся позднее их, более или менее ярких типах, которые при жизни авторов успели сойти в могилу, оставив по себе некоторые права на литературную память. Называли бессмертной комедией «Недоросль» Фонвизина, — и основательно — ее живая, горячая пора продолжалась около полувека: это громадно для произведения слова. Но теперь нет ни одного намека в «Недоросле» на живую жизнь, и комедия, отслужив свою службу, обратилась в исторический памятник. «Горе от ума» появилось раньше Онегина, Печорина, пережило их невредимо чрез гоголевский период, прожило эти полвека со времени своего появления и всё живет своей нетленной жизнью, переживет и еще много эпох и всё не утратит своей жизненности. Отчего же это, и что такое вообще «Горе от ума»? Критика не трогала комедию с однажды занятого ею места, как будто затрудняясь, куда ее поместить. Изустная оценка опередила печатную, как сама пьеса задолго опередила печать. Но грамотная масса оценила ее фактически. Сразу поняв ее красоты и не найдя недостатков, она разнесла рукопись на клочья, на стихи, полустишья, развела всю соль и мудрость пьесы в разговорной речи, точно обратила мильон в гривенники, и до того испестрила грибоедовскими поговорками разговор, что буквально истаскала комедию до пресыщения. Но пьеса выдержала и это испытание — и не только не опошлилась, но сделалась как будто дороже для читателей, нашла себе в каждом из них покровителя, критика и друга, как басни Крылова, не утратившие своей литературной силы, перейдя из книги в живую речь.
Маша Миронова — дочь коменданта Белогорской крепости. Это обыкновенная русская девушка, “круглолицая, румяная, с светло-русыми волосами”. По своей натуре она была трусливой: боялась даже ружейного выстрела. Жила Маша довольно замкнуто, одиноко; женихов в их деревне не было. Мать её, Василиса Егоровна, говорила о ней: “Маша, девка на выданье, а какое у ней приданое? — частый гребень, да веник, да алтын денег, с чем в баню сходить. Хорошо, коли найдётся добрый человек, а то сиди себе в девках вековечной невестою”. Познакомившись с Гринёвым, Маша полюбила его. После ссоры Швабрина с Гринёвым, она рассказала про предложение Швабрина стать его женой. На это предложение Маша, естественно, ответила отказом: “Алексей Иваныч, конечно, человек умный, и хорошей фамилии, и имеет состояние; но как подумаю, что надобно будет под венцом при всех с ним поцеловаться. Ни за что! Ни за какие благополучия!” Маша, не мечтавшая о сказочном богатстве, не хотела выходить замуж по расчёту. На дуэли со Швабриным Гринёв был тяжело ранен и несколько дней пролежал без сознания. Все эти дни Маша ухаживала за ним. Придя в себя, Гринёв признаётся ей в любви, после чего “она безо всякого жеманства призналась Гринёву в сердечной склонности и сказала, что её родители будут рады её счастью”. Но Маша не хотела выходить замуж без благословения его родителей. Благословения Гринёв не получил, и Маша сразу же отдалилась от него, хотя ей очень трудно было это сделать, так как её чувства по-прежнему оставались сильны.
