каждая строка этого безмерно любимого мной автора доставляет почти физическое наслаждение. Это искрометная, брызжущая всеми соками жизни, проза. Искандер — автор умный, тонкий, добрый, всё подмечающий и бесконечно любящий людей и родную Абхазию. В одном из его рассказов («Колчерукий») есть персонаж, который может срезать всю кожуру со спелого персика одной лентой, ни разу не прервав ее неосторожным движением. Вот так же Искандер срезает слой за слоем в своей прозе, ни разу не нарушив стройности повествования. Его рассказы, повести, романы словно написаны одной долгой текучей фразой, хотя в тексте присутствуют запятые, точки и многоточия. Но есть писатели, которые становятся назойливы в своих описаниях, в своих любованиях деталями, а у Искандера хочется пить и пить эту нескончаемую реку слов и образов, хочется утонуть в ней и насладиться буйным пиршеством до самого конца, каким бы он ни был. От его прозы можно буквально опьянеть, только без горького чувства похмелья наутро.
Героев Искандера надо познавать, читая о них страницу за страницей неторопливой прозы. Ими надо любоваться так, как любуется ими автор, надо представить себе всю их жизнь на протяжении почти что века, оценить их человеческие качества, прощать с улыбкой их маленькие слабости и, в конце концов, полюбить это вымышленное горное село Чегем, полюбить Абхазию, природу края и его простые законы. По его произведениям пытались снимать фильмы, но неудачно. Проза Искандера намного объемнее и шире любого фильма, она имеет свой запах, свой вкус, свою ауру, ее нельзя брать с наскока, ее надо читать и перечитывать, смаковать, как вкусное вино или спелую виноградину, ее надо носить в своем сердце и только тогда можно попытаться перенести ее на экран. И то не факт, что получится.
Не хочу выделять никакое из его произведений – все достойны внимания и прочтения. Прочтения неоднократного, вдумчивого, со смакованием и обсасыванием мозговых косточек. Такой писатель…
Стихотворение написано высоким стилем (особенно хорошо это видно в последних строках: "О, не топчи их с новою враждою Презрительной пятой"), что делает его трудным для восприятия, но приятным на слух. Обилее глаголов ("замолкнул", "устала", "светлеют", "засияла", "дрожат", "не топчи") придают особую динамику стихотворению. Женская клаузула и перекрестная рифм придают напевность, протяжность строкам. Исспользование многочисленных эпитетов ("пылью золотой", "черных туч", "лазури полоса") и метафор ("дрожат цветы", "гроза устала")раскрывают любовь автора к природе, просыпающийся после дожня.
каждая строка этого безмерно любимого мной автора доставляет почти физическое наслаждение. Это искрометная, брызжущая всеми соками жизни, проза. Искандер — автор умный, тонкий, добрый, всё подмечающий и бесконечно любящий людей и родную Абхазию. В одном из его рассказов («Колчерукий») есть персонаж, который может срезать всю кожуру со спелого персика одной лентой, ни разу не прервав ее неосторожным движением. Вот так же Искандер срезает слой за слоем в своей прозе, ни разу не нарушив стройности повествования. Его рассказы, повести, романы словно написаны одной долгой текучей фразой, хотя в тексте присутствуют запятые, точки и многоточия. Но есть писатели, которые становятся назойливы в своих описаниях, в своих любованиях деталями, а у Искандера хочется пить и пить эту нескончаемую реку слов и образов, хочется утонуть в ней и насладиться буйным пиршеством до самого конца, каким бы он ни был. От его прозы можно буквально опьянеть, только без горького чувства похмелья наутро.
Героев Искандера надо познавать, читая о них страницу за страницей неторопливой прозы. Ими надо любоваться так, как любуется ими автор, надо представить себе всю их жизнь на протяжении почти что века, оценить их человеческие качества, прощать с улыбкой их маленькие слабости и, в конце концов, полюбить это вымышленное горное село Чегем, полюбить Абхазию, природу края и его простые законы. По его произведениям пытались снимать фильмы, но неудачно. Проза Искандера намного объемнее и шире любого фильма, она имеет свой запах, свой вкус, свою ауру, ее нельзя брать с наскока, ее надо читать и перечитывать, смаковать, как вкусное вино или спелую виноградину, ее надо носить в своем сердце и только тогда можно попытаться перенести ее на экран. И то не факт, что получится.
Не хочу выделять никакое из его произведений – все достойны внимания и прочтения. Прочтения неоднократного, вдумчивого, со смакованием и обсасыванием мозговых косточек. Такой писатель…