Некогда не бросай старых друзей ради новых ведь новые могут быть твоими не настоящими друзьями ,а старых ты давно уже знаешь и можешь на него положиться
ГРОТЕСК, ЕГО ФУНКЦИИ И ЗНАЧЕНИЕ В ИЗОБРАЖЕНИИ ГОРОДА ГЛУПОВА И ЕГО ГРАДОНАЧАЛЬНИКОВ
Творчество Салтыкова-Щедрина, демократа, для которого самодержавно-крепостнический строй, царящий в России, был абсолютно неприемлем, имело сатирическую направленность. Писателя возмущало русское общество «рабов и господ» , бес¬чинство помещиков, покорность народа, и во всех своих про¬изведениях он обличал «язвы» общества, жестоко высмеивал его пороки и несовершенства. Так, начиная писать «Историю одного города» , Салтыков-Щедрин поставил перед собой цель обличить уродство, невозможность существования самодержавия с его общественными пороками, законами, нравами, высмеять все его реалии. Таким образом, «История одного города» — произведение сатирическое, доминирующим художественным средством в изображении истории города Глупова, его жителей и градона¬чальников является гротеск, прием соединения фантастичес¬кого и реального, создающий абсурдные ситуации, комические несоответствия. По сути, все события, происходящие в городе, являются гротеском. Жители его, глуповцы, «ведущие свой род от древнего племени головотяпов» , не умевших жить в самоуправлении и решивших найти себе повелителя, необы¬чайно «начальстволюбивы» . «Испытывающие безотчетный страх» , не самостоятельно жить, они «чувствуют себя сиротами» без градоначальников и считают ной строгостью» бесчинства Органчика, имевшего в голове ме¬ханизм и знавшего только два слова — «не потерплю» и «ра¬зорю» . Вполне «обычны» в Глупове такие градоначальники, как Прыщ с фаршированной головой или француз Дю-Марио, «при ближайшем рассмотрении оказавшийся девицей» . Одна¬ко своей кульминации абсурдность достигает при появлении Угрюм-Бурчеева, «прохвоста, задумавшего охватить всю все¬ленную» . Стремясь реализовать свой «систематический бред» , Угрюм-Бурчеев пытается все в природе сравнять, так устроить общество, чтобы все в Глупове жили по придуманному им самим плану, чтобы все устройство города было создано заново по его проекту, что приводит к разрушению Глупова его же жителями, беспрекословно выполняющими приказания «про¬хвоста» , и далее — к смерти Угрюм-Бурчеева и всех глуповцев, следовательно, исчезновению заведенных им порядков, как явления противоестественного, неприемлемого самой приро¬дой.
Как-то весной под крышей нашего дома появилась странная глиняная корзинка. Бабушка объяснила мне, что это гнездо ласточек. Оказывается, эти птички строят свои домики из глины на стенах домов. Я стал наблюдать за хозяевами гнездышка — изящными ласточками. Казалось, что они сделаны из фарфора. Их точеные черно-синие фигурки с белоснежными грудками переливались на солнышке. Ласточки радовали нас тихими незатейливыми песенками. Когда у них вылупились птенцы, заботливые родители ловили для них жучков и мошек немного времени, птенцы окрепли, и мама-ласточка стала учить их летать. Птенчики были очень смешными и неповоротливыми. Но не успели мы оглянуться, как из забавных птенчиков они превратились в грациозных взрослых птиц. Осенью ласточки улетели в теплые края. Но мы не грустили, потому что знали, весной они обязательно вернутся. Существует примета: если ласточка совьет на вашем доме гнездо, то здесь поселится счастье. Теперь в нашем доме живет счастье. Как-то так..
