Великий писатель Толстой в своих произведениях выводит на «сцену» разных героев, создавая для них такие ситуации в которых раскрывается вся человеческая суть.
Так, в рассказе «После бала» читатели знакомятся с молодым человеком Иваном Васильевичем, который беззаветно был влюблен в дочь полковника Б, Вареньку. Он готов был совершать глупейшие поступки и подвиги, ради возлюбленной. Даже, ее отец, казался ему образцом добродетели. Любовь кружила ему голову. А жизнь светилась нежно – розовыми тонами.
Он был счастлив. Ничего и никто не смущало его радости. Иван Васильевич, считал, что так будет всегда, и он по всей жизни пройдет рука об руку с Варенькой. Так было вечером. Чувства переполняли героя и рано утром, не в силах более находиться дома, он отправился бродить по улицам. Он и не заметил, как оказался на площади, где происходило какое-то странное действо. Иван Васильевич, не сразу понял, что это. А распознав суть происходящего, пришел в ужас. На площади, сквозь строй, гнали татарина, который сбежал из армии. Каждый из солдат, стоящих в шеренге должен был с силой ударить его по спине.
Командовал процедурой отец Вареньки - полковник Б. Один из солдат промахнулся и ударил ни с такой силой, которая была нужна начальнику. Полковник подошел к промахнувшемуся, и стал перчаткой, бить его, по лицу. Его лицо, при этом, было искаженно злобной гримасой. Это был совсем не тот благодушный, добрый старик, которого молодой герой, видел вечером, на балу.
Разительная перемена, которая произошла, настолько проникла в душу Ивана Васильевича, перевернула его мировые устои, нарушило гармонию и порядок человеческого осмысления. Это утро, изменило всю жизнь юноши. Он повзрослел, за эти несколько минут, и стал оценивать человека, не только, по его внешним качествам.
В начало стихотворения вынесено ключевое слово – слезы, которое задает и тему, и – главное – настроение: оно ведет нас в область глубоких человеческих переживаний (характер определения людские сразу исключает ассоциации со слезами радости или благодарности) ; оно получает тяжелое звучание: инверсия заставляет нас произнести его с особым ударением, особой силой (сравните: людские слезы и слезы людские) . К тому же ведь это – обращение, которому тоже свойственна выделительная интонация. Повтор словосочетания и коротенькая частица (о слезы людские) в пределах одной строки создают явственно ощущаемое нарастание напряжения, волнения.
Потом короткая интонационная передышка во второй строке. Она начинается словом льетесь – этому единственному на все стихотворение глаголу выпала очень важная роль: он не только означает действие, состояние; его фонетика ведет главную «музыкальную» тему: подхватывает прозвучавшие в первой строчке ударные [л’о, л’у] – и повторяет снова и снова их вариации [л’jо, л’jу].. . Этого нельзя не услышать – повторенные пять раз льетесь, льетесь.. . льются словно завораживают, создавая почти физическое ощущение, что льются слова и строки самого стихотворения.
Новой интонацией выделены третья и четвертая строчки: каждая распадается на две симметрично построенные части с паузой-цезурой посредине. Эта пауза, выделяющая очень важные определения, почти сказуемые (льетесь безвестные, льетесь незримые) , заставляет наш слух насторожиться, чтобы потом мы могли явственно услышать в следующей строке всплеск отчаяния: неистощимые, неисчислимые. Здесь нет «льющихся» звуков, здесь господствуют ст, щ, сч. Ударные гласные здесь высокие и трагические (и – и) , и расстояние между ними такое (вместо четырех ударных на эту строку приходится только два) , что получаются они сильными, похожими на перебои в ритме сердца.