Люди завжди намагались гуртуватись, і в цьому пориві, як правило, ними керувало одне бажання — вижити. Древні люди об’єднувались, тому що так легше було полювати, відбиватись від ворогів і облаштовувати своє житло. Сучасні люди, звісно, за мамонтами більше не полюють, і від інших обороняються тільки в особливих випадках, однак жага згуртуватись живе у них і сьогодні. Пояснити це можна кількома чинниками, і один із найголовніших — тваринні інстинкти. Але не тільки цей фактор змушує людей жити разом.
Створюючи сім’ї, люди насамперед знаходять у них свій душевний спокій, комфорт, впевненість і основу основ, до якої можна повертатись знову і знову, аби зачерпнути підтримки й розуміння. Родина стає тим рятівним острівком, який не змиє навіть найстрашніший шторм, тим будиночком, який не зрушить найсильніший землетрус, якщо його стіни збудовані на совість. У наш час сім’ї доволі часто розпадаються, не витримавши випробування часом та довірою. Неможливо сказати точно, чому така концентрація сумних доль у родинах існує саме сьогодні.
Кожен член сім’ї — це деталь механізму, без якого останній не буде працювати. Про це свідчать численні історії та випадки з життя, про це пишуть у творах літератури. Зокрема роман українського письменника Юрія Яновського є яскравим тому свідченням. У сім’ї Половців, здавалося б, є все для щастя: люблячі один одного Мусій та його дружина, їхні сини, надія родини — Андрій, Оверко, Панас та Сашко, які мали б продовжувати рід. На їхньому шляху проблемою стало різне бачення світу, і коли один брат пішов проти іншого, було зрозуміло, що прийшов кінець їхньому щасливому майбутньому.
З іншого боку, розглянемо образ Івана Шрама з історичного роману Пантелеймона Куліша «Чорна рада». Цей козацький полковник готовий боротись не на життя, а на смерть за майбутнє своєї держави. Якщо проникнути в питання, то ми зрозуміємо, що під поняттям «майбутнє» козак бачить свого сина, Петра Шраменка, а отже, воює і готовий померти він для свого сина. Думка про сім’ю, нащадків, кріпить Івана Шрама і допомагає йому йти вперед, сміливо дивлячись смерті в очі.
Так чи інакше, кожен з нас потребує відчуття рідного дому, місця, де на тебе чекають, де тебе люблять просто так, де тобі завжди до де про тебе потурбуються. Саме тому родина завжди була, є і буде тим кораблем, який несе людину через бурхливе море життя. Важливо, аби за штурвалом стояв той капітан, який з впевненістю і без страху вбереже свою команду від усіх небезпек.
В городе Муроме, в селе Карачарове, живёт Илья, крестьянский сын. Тридцать лет сидит он сиднем и не может подняться, потому что не владеет ни руками, ни ногами. Однажды, когда его родители уходят и он остаётся один, под окнами останавливаются двое калик перехожих и просят Илью отворить им ворота и пустить в дом. Тот отвечает, что не может встать, но они повторяют свою Тогда Илья поднимается, впускает калик, а те наливают ему чарку медового питья. Сердце Ильи разогревается, и он чует в себе силу. Илья благодарит калик, а те говорят ему, что отныне он, Илья Муромец, будет великим богатырём и ему не грозит смерть в бою: он будет биться со многими могучими богатырями и побеждать их. Но со Святогором калики не советуют Илье сражаться, потому что Святогора сама земля через силу носит — так он дороден и могуч. Не должен Илья биться и с Самсоном-богатырём, потому что у того на голове семь волосов ангельских. Калики также предостерегают Илью, чтобы тот не вступал в единоборство с родом Микуловым, ибо этот род любит мать-сыра земля, и с Вольгой Сеславичем, потому что Вольга побеждает не силой, но хитростью. Калики учат Илью, как добыть богатырского коня: надо купить первого попавшегося жеребчика, держать его три месяца в срубе и кормить отборным пшеном, потом три ночи подряд выгуливать по росе, а когда жеребчик станет перепрыгивать через высокий тын, на нем можно ездить.
Бесплатная экранизация с рекламой:
«Илья Муромец» (1956). Режиссёр: Александр Птушко, Дамир Вятич-Бережных. Источник: YouTube.
Калики уходят, а Илья отправляется в лес, на поляну, которую надо очистить от пней и коряг, и справляется с этим в одиночку. Наутро его родители идут в лес и обнаруживают, что кто-то сделал за них всю работу. Дома они видят, что их немощный сын, который тридцать лет не мог подняться с места, ходит по избе. Илья рассказывает им о том, как выздоровел. Илья отправляется в поле, видит хилого бурого жеребчика, покупает его и ухаживает за ним так, как его научили. Через три месяца Илья садится на коня, берет у родителей благословение и выезжает в чистое поле.
Объяснение:
Тема материнства звучит в таких стихотворениях Некрасова, как “Родина”, “Внимая ужасам войны... ”, “Орина, мать солдатская”, “Мать”; теме страдания женщины посвящены стихотворения “Тройка”, “Крестьянка”, “Еду ли ночью по улице тёмной... ”, поэма “Мороз, Красный нос” и другие произведения Некрасова.
Стихотворение Некрасова “В полном разгаре страда деревенская... ” названо по первой строчке. Интересно, что поэт представляет женщину-крестьянку, женщину-мать именно на фоне страды, сбора урожая, самой горячей поры в деревне. В это время крестьянам приходится особенно много трудиться (так много, что из одного значения слова “страдать” – убирать урожай – для них сразу же следует другое – испытывать физическую или нравственную боль, мучение) ; одновременно для автора женщина, возможно, ассоциируется вообще с женским началом в природе.
Стихотворение сюжетно (для Некрасова это часто встречающееся явление) , и в первой строчке автор показывает место и время действия. В следующих нескольких строках поэт определяет главную тему стихотворения – страдания русской женщины, причём делает это в очень пафосной манере: “...всевыносящего русского племени многострадальная мать! ” Лексика, присущая высокому стилю, длинные слова со звуками “с” и “щ”, ударение на последнем, ключевом слове “мать” создают впечатление поэтического взлёта.
За ним следует описание пейзажа, как это часто бывает у Некрасова, не привлекающего внимания красотой видов. Ощущение какой-то гнетущей внешней силы, переданное в предыдущих строках (“всевыносящего”, “многострадальная”), напряжение сохраняются: “зной нестерпимый”, “солнце нещадно палит”.
Далее автор переходит от собирательного образа многострадальной матери к конкретной женщине. Крестьянка, выбиваясь из сил, на самой жаре работает в поле, и над ней “колыхается” целый столб насекомых. К напряжению от работы и палящего солнца добавляется это окружившее её со всех сторон “жалит, щекочет, жужжит”. Само звучание этих слов действует подавляюще.
Вся следующая сцена – как, порезавшись косой, крестьянка не успевает унять кровь и бежит к заплакавшему ребёнку – пересказана в совсем ином стиле. Вместо высоких и пафосных мы видим такие просторечные слова, как “баба”, “косуля”, “ноженька”. Сама ситуация, когда женщина трудится в поте лица, выбиваясь из сил, а её ребёнок (несмотря на всё это) недоедает или, как в данном случае, в такую жару лежит “у соседней полосыньки”, не однажды встречается в творчестве Некрасова. Достаточно вспомнить песню “Солёная” из “Пира на весь мир” (кстати, “слёзы солёные” есть и в этом стихотворении: “вкусны ли, милая, слёзы солёные... ”).
И какова же реакция автора на эту сцену, на эту ситуацию? “Что же ты встала над ним в отупении? // Пой ему песню о вечном терпении, // Пой, терпеливая мать!.. ” – горько иронизирует Некрасов над всевыносящим и терпеливым русским народом. Вместо “бедной бабы” вновь появляется “мать”, и последние две строчки вновь пафосны и сопровождаются поэтическим взлётом с ударением на последнем, ключевом слове “мать”. В этих строках крестьянка ассоциируется с Музой, поющей о вечном терпении русского народа (вспомним одноимённое стихотворение Некрасова) .
В последних двух четверостишиях героиня, с одной стороны, воспринимается как вполне конкретная крестьянка, пьющая кислый квас из жбана, затыкающегося грязной тряпицей, а с другой – как собирательный образ русской женщины, все слёзы и пот, все страдания и труды которой “канут.. . всё равно”.