Павел Васильев. На чужом берегу. Стихотворение написано в 1932 году. Посвящено жене Галине Анучиной. Написано по поводу их разлуки - она осталась в Омске, он уехал в Москву. Больше они не виделись.
Стихотворение состоит из 6 строф. Рифмовка перекрестная. Стихотворный размер - анапест.
Средства художественной выразительности:
Эпитеты: в гиблом, пропащем снегу; дремучему краю, любимейший голос.
Метафоры:
останусь один, чтобы песня окрепла,
подвластен дремучему краю,
другие забавы и сны по плечу,
Чтоб огнями и тьмою, и рыжей волной \ Позади, за кормой убегала Россия.
Риторические восклицания: Не добраться к тебе! Царство рыбы и птицы! Ты будешь со мной!
Сравнение:
Ты похожею будешь на дальний дымок,
На старинные песни, на счастье похожа!
Роман Д.Свіфта "Мандри Гулівера" це твір-пародія на англійську монархію. Тому він містить у собі різні засоби комічного.
Іронія – це насмішка, яка має зовні благопристойну форму.
Гумор – відображення смішного в доброзичливому, жартівливому тоні.
"...п'ять чи шість кандидатів просять у імператора дозволу розважити його та двір танцями на канаті, і той, хто найвище підстрибне і не впаде, одержує посаду".
"Імператор бере в руки палицю й тримає її горизонтально, а претенденти, ідучи один за одним, то стрибають через неї, то пролазять попід нею, туди й назад, залежно від того, підіймає чи опускає палицю імператор. ... Хто виконує всі ці штуки найдовше і з найбільшою спритністю, той дістає в нагороду синю нитку; другий приз - червона нитка; третій - зелена. їх носять замість пояса, двічі оперезавшись круг стану, і рідко трапляється вельможа, не прикрашений хоча б одним таким поясом".
"імператор ... вигадав собі дуже оригінальну розвагу. Він попросив мене стати ... і якнайширше розставити ноги... Потім він наказав своєму головнокомандувачеві вишикувати військо зімкнутими лавами і провести його церемоніальним маршем піді мною: піхоту по двадцять чотири чоловіки в ряд, а кінноту - по шістнадцять,- виставивши списи, з барабанним боєм і розгорнутими прапорами. В параді взяли участь три тисячі піхотинців та тисяча вершників. Його величність наказав, під страхом смертної кари, щоб кожен солдат під час параду поводився якнайчемніше щодо моєї особи. Це не перешкодило, проте, кільком молодим офіцерам, проходячи піді мною, глянути вгору. І, по правді признаюся, штани мої були тоді в такому жалюгідному стані, що ті офіцери мали підстави досхочу посміятись і подивуватися де з чого".
"... може здатися,... нібито в нас усе гаразд, насправді над нами тяжать два лиха - гострі партійні чвари всередині країни і можливий напад надзвичайно могутнього зовнішнього ворога. ... сімдесят місяців тому в нашій імперії утворилися дві ворожі партії - відомі під назвою Тремексенів і Слемексенів, від високих і низьких підборів на черевиках, чим вони відрізняються одні від одних".
Косность, застой, консерватизм вызывают в писателе протест, ибо они рождают страх перед любыми переменами в мире. В наши дни мы наблюдаем всплески агрессивного, воинствующего консерватизма в странах Америки и Западной Европы. Разумеется, в эпоху стремительного развития науки и техники существенно изменился лик и практика консерватизма Но сохранилось то, о чем нам напоминают произведения великого сатирика, — стремление сокрушить разумное, новое ради сохранения старого, отжившего. Современным реакционерам также свойственно представление, что жизнь полностью подвластна только им, что власть и деньги решают все.
В поэме Гоголя накопительство зачастую приобретает облик того явления, которые в наши дни получило название вещизма. Современные "вещисты", разумеется, не собирают никому не нужный хлам, а приобретают дорогие престижные вещи. Однако суть одна; как и Плюшкин, они оказываются под неусыпной, незыблемой властью вещей, собранных ими с великим старанием. Не вещи служат их владельцам, а человек становится их слугой, предавая забвению многое из того, чем отличается настоящая человеческая жизнь.
Гоголь отразил в поэме такое социальное зло, как бездуховность. С большой художественной силой он изобразил людей, лишенных высоких стремлений, замкнутых только на себе, равнодушных ко всему, что их непосредственно не затрагивает. Бездуховность — постоянный спутник разного рода приобретателей, накопителей, тех, кто поглощен погоней за чинами, стремится достигнуть своих целей любыми средствами.
Утрата нравственных критериев характеризует и ту изображенную Гоголем самодовольную обыденщину, самовлюбленную пошлость, которая иронически относится к духовным интересам и "высоким материям".
Связи творчества Гоголя с современностью широки и многолики. Само осознание этих связей обогащает наши представление о завоеваниях русской классической литературы. Неиссякаемая сила образных обобщений Гоголя раскрывают непреходящее значение его художественного наследия.