Драма-феєрiя «лiсова пiсня» — це надзвичайний твiр лесi українки — видатної української поетеси, письменницi, фiлософа, драматурга. у цьому творі простежується багатство думки, поетичнiсть образiв та гармонiчна єднiсть реальностi та фантазiї. в «лiсовiй пiснi» леся українка ставить та намагається вирiшити вiчнi питання: життя й смертi, кохання та ненавистi, вiрностi і зради, пошуку правди, справедливостi. однак у драмi-феєрiї є дещо таке, що сьогоднi звучить особливо гостро — це трагiчна тема вiдносин людини з природою. головнi герої «лiсової пiснi» — це представники людства та природи. лукаш — простий селянин, представник людського світу. мавка — дитина природи, лiсова дiвчина, яка закохується в лукаша та йде до нього жити, залишаючи лiс, в якому пройшло все її життя, йде до нього, незважаючи на те що вся природа проти цього. її дiдусь лiсовик попереджає мавку, що люди жорстокi, погано ставляться до природи, що вони нiколи не зможуть прийняти її за свою. але мавка, попри всi вiдмови, пiшла жити до лукаша та зазнала там лише нещастя, труднощi, горе. велику роль у «лiсовiй пiснi» вiдiграє природа. лiс «реагує» на всi переживання мавки, на її душевний стан. мавцi добре, i лiс прокидається, на деревах розпускаються бруньки; мавцi тяжко вiд розлуки з лукашем, i «…все покривається протяглим сумним вовчим виттям… безлистий лiс ледве мрiє проти попелястого неба чорною пустиною, а далi по узлiссi снується розтрiпаний морок». лiс, з одного боку,— всеперемагаючий природний початок, i лiс,— крихкий беззахисний свiт, який немов кричить: «захисти мене, не чiпай мене! збережи мене! » у творi лiс — це джерело творчостi, краси. не даремно дядько лев так старанно береже старого дуба-велетня, навiть вiдмовляється його продати купцям. за повагу до природи, доброту, щирiсть його любить мавка, поважає лiсовик: то ж дядько лев сидiтиме в тiй хижi, а вiн нам приятель… люблю старого. таж якби не вiн, давно б уже не стало сього дуба. лiсовi жителi по-рiзному ставляться до людей. русалка їх просто ненавидить: …ой, тi люди з-пiд стрiх солом’яних! я їх не зношу. я їх топлю… лiсовик же, хоч i не має такої неприязнi, знає, що серед людей бувають i гарнi, але все ж таки попереджає мавку: …минай людськiї стежки, дитино, бо там не ходить воля,— там жура тягар свiй носить. обминай їх, доню: раз тiльки ступиш — i пропала воля! та мавка його не слухає, вона зачарована грою лукаша. вона вiрить, що всi люди такi ж гарнi, добрi, вiдкритi, ласкавi, як лукаш. лукаш теж закохується у мавку, але цьому коханню не судилося бути щасливим, бо мавка — лiсова дiвчина, а лукаш — людина. дядько лев високо цiнить природу, шанує її, як мавка. вiн навiть померти хоче у лiсi пiд старим дубом: … як буду вмирати, то прийду, як звiр, до лiсу,— отут пiд дубом хай i поховають… у цьому творi леся українка говорить про те, що людина i природа — це єдине цiле, що людина повинна дбати про навколишнiй свiт. сьогоднi, коли вiдроджується наша культура, духовнiсть, наша мова, «лiсова пiсня» потрiбна читачевi. вона безкрайня, як безмежна природа, поезiя та краса.
"Повесть о Фроле Скобееве", представляющая третий этап в процессе эволюции бытовой повести в русской литературе XVII в., обычно характеризуется исследователями как оригинальная русская новелла. Посвященная все той же теме самоопределения молодого поколения, она, в отличие от всех предшествующих повестей, решает ее принципиально антитрадиционно. Это – русский вариант европейского плутовского романа. В "Повести о Фроле Скобееве" отсутствует древнерусская книжная и фольклорная традиция, столь сильная в более ранних повестях. Фрол Скобеев – представитель нового поколения, добивающийся успеха именно благодаря отказу от традиционной морали: обманом, плутовством, хитростью. Сюжет повести составляет рассказ о его ловкой женитьбе на дочери стольника Нардина-Нащокина Аннушке. И раскрытие любовной темы здесь в корне отличается от "Повести о Савве Грудцыне": автор рассказывает не об опасном дьявольском искушении, а о ловко задуманной и осуществленной интриге, в результате которой каждый из героев получает свое. Если в "Повести о Савве Грудцыне" жена Бажена Второго предстает в традиционном для древнерусской литературы образе искусительницы и клеветницы (линия эта богата примерами от "Слова" и "Моления" Даниила Заточника в XIII в. до "Повести о семи мудрецах" в XVII в.), то Аннушка оказывается своеобразной женской параллелью к образу Фрола – ловкого плута. Отметим, что именно ей приходит в голову, как можно, не вызывая подозрений, оставить родительский дом: "И Аннушка просила мамки своеи, как можно, пошла Фролу Скобееву и сказала ему, чтоб он, как можно, выпросил карету и с возниками, и приехал сам к ней, и сказался бутто от сестры столника Нардина Нащекина приехал по Аннушку из Девичьева монастыря". Единственной традиционной чертой "Повести о Фроле Скобеве" можно считать авторскую позицию. У читателя могли возникнуть серьезные подозрения, что автор не очень сочувствует драме, совершившейся в семье стольника, и не без восхищения смотрит на проделки своего героя. Но поймать автора на слове, обвинить его в сочувствии пороку было невозможно.
Новая и весьма примечательная черта повести – это отказ от традиционных литературных повествования, полное изменение повествовательного стиля. Стиль авторского повествования близок к стилю деловой прозы, приказного делопроизводства. Автор дает показания на суде в большей мере, чем пишет художественное произведение. Он нигде не стремится к литературной возвышенности. Перед нами непритязательный рассказ о знаменательных событиях.
Весьма показательные результаты дает сопоставление начальных фрагментов двух повестей:
"Повесть о Савве Грудцыне"
Хощу убо вам, братие, поведати повесть сию предивную, страха и ужаса исполнену и неизреченного удивления достойну, како человеколюбивый Бог долготерпелив, ожидая обращения нашего, и неизреченными своими судбами приводит ко
Бысть убо во дни наша в лето 7114 году, егда за умножение грехов наших попусти Бог на Московское государство богомерскаго отступника и еретика Гришку расстригу Отрепьева похитити престол Российскаго государства разбоинически, а не царски. <…>
В то же время во граде Велицем Устюге бысть некто житель града того именем Фома прозванием нарицаемый Грудцын Усов, их же род и доднесь во граде том влечется. <…>
"Повесть о Фроле Скобееве"
1680 году в новгородском уезде имелся дворянин Фрол Скобеев; в том же Новгородском уезде имелись вотчины столника Нардина Нащекина; и в тех вотчинах имелась дочь ево Аннушка и жила в них. И проведав Фрол Скобеев о той столничьей дочере и взяв себе намерение, чтоб вызыметь любление с тою Аннушкою; токмо не знает, чрез кого получить видеть ея; однако же умыслил опознатца тои вотчины с прикащиком и стал всегда ездить в дом ево, прикащика. И по некоем времени случился быть Фрол Скобеев у того прикащика в доме, и в то же время пришла к тому прикащику мамка дочери столника Нардина Нащекина, и усмотря Фрол Скобеев, что та мамка живет всегда при Аннушке.
Было бы, однако, ошибочно не видеть за этой внешней непритязательностью довольно своеобразного искусства рассказа. В этом отношении яркой показательностью отличается прямая речь. В "Повести о Фроле Скобееве" есть как раз то, чего больше всего не хватало "Повести о Савве Грудцыне": индивидуализированной прямой речи действующих лиц, живых и естественных интонаций этой прямой речи.
Итак, эволюция жанра бытовой повести в русской литературе второй половины XVII в. приводит к постепенному отказу от традиционных ценностей и к замене их новыми. Прежде всего оказывается, что молодой герой может выбрать свой путь в жизни и преуспеть на нем. Именно этот позитивный вывод сделал возможным появление в петровскую эпоху очередного витка жанра – "гисторий", рассказывающих о героях
1.) Стиль, как и подобает оде, торжественный, чему большое количество славянизмов (класы — колосья, зиждитель — Бог, дщерь — дочь, воззри — посмотри), образов, почерпнутых из античной мифологии (Минерва — богиня мудрости, Марс — бог войны, Нептун — бог моря. Борей — северный ветер), обилие риторических вопросов, восклицаний и обращений («Какая светлость окружает в толикой горести Парнас?»; «О, ваши дни благословенны!»; «Но ах! жестокая судьбина!»; «Молчите, пламенные звуки, и колебать престаньте свет...»). Часто Ломоносов использует характерные сравнения, метафоры и олицетворения: «Там тьмою островов посеян, реке подобен океан»; «Твои щедроты ободряют наш дух и к брегу устремляют, как в понт пловца свободный ветр...»; «Вы, наглы вихри, не дерзайте, ренветь, но кротко разглашайте прекрасны наши времена». 2.) Идея всемерного укрепления и развития государства на просветительских основах пронизывает все стихотворение. Но поэт-естествоиспытатель не мог не вложить в свою оду и идею развития науки, которая укрепить государство, освоить необозримые просторы родной страны, и не призвать людей к творческой деятельности на благо Отечества. Все это создает особый пафос стихотворения: торжественный, гражданско-патриотический, который выражает мысли и чувства писателя-гражданина. 3.) Ломоносов считает, что Елизавете уготована великая миссия – быть продолжательницей реформ своего великого отца. Поэт восславляет царицу как покровительницу отечественной науки и искусства, поборницу просвещения. Таким образом, в оде Ломоносова мы видим идеализированный образ императрицы, созданный по канонам классицистической оды. Елизавета здесь лишена «живых» качеств, она некий символ государства, но не человек.
