Думаю, каждый читал в детстве историю про масло, упавшее в чай. Да-да, она принадлежала перу небезызвестного Михаила Зощенко и, как выяснилось, входила в целый цикл автобиографических рассказов о детстве писателя и его совместных приключениях с сестрой Лёлей. У меня порвало шаблон, честно. Это не тот Зощенко. Точнее, это тот Зощенко, но с ним явно что-то не то. Веселые анекдоты про масло и новогоднюю ёлку, которые я видела в разных антологиях детского чтива - это безжалостно зацензуренная версия наиболее нейтральных и увлекательных рассказов цикла. В полном виде это оказалась вереница практически однотипных эпизодов, в которых дети играют в на редкость глупые игры, а их за это неоправданно жестоко наказывают. Либо восхваления родственниками Миньки и унижения Лёли. Всё это перемежается запретами, нотациями, лишениями еды и одежды в качестве наказания и таким менторским тоном, вкупе с пренебрежительно-снисходительным отношением к собственной сестре, что я удивляюсь, как она вообще выжила в этой семье. Неужели у Зощенко отец реально был таким домашним тираном в тапочках, чуть что читающим нотации и даже к жене относящимся как к существу низшего сорта? Сцены глуповатых игр были интересными и даже иногда смешными, а вот отношения детей со старшими родственниками... Ужас, жуть и мрак беспросветный. Счастье, что я этого в детстве не читала...
Жила-была одинокая Cосна. Было ей грустно, потому что у нее не было друзей. Она видела, что другие деревья дружат между собой. Кустарники тоже. Вот она призвала в друзья Рябину: «Рябинушка кудрявая, красные ягодки, давай с тобой дружить!»
А Рябинушка говорит: «Я бы с тобой, Сосна, подружилась, но уж больно ты высокая, мощная, а я – маленькая, кудрявая».
Расстроилась Сосна и стала искать себе другую подружку. Увидела, стоит недалеко от нее дикая Яблонька. Вот Сосна и говорит Яблоньке: «Яблонька, яблонька, давай с тобой дружить!»
Посмотрела Яблонька на Сосну и говорит: «Нет, Сосна, уж больно ты высокая, статная, а я маленькая, дикая. Тебе нужна другая подружка».
Расстроилась Сосна, зашелестела своими ветками. Услышал Ветер, как она шумит и спрашивает ее: «Что расшумелась ты, Сосна?»
А Сосна Ветру отвечает: «Искала я подружку или друга себе по душе, но не нашла. Вот стою одинокая и горюю».
А Ветер сказал Сосне: «Давай с тобой дружить, Сосна!» — Давай! — обрадовалась та.
С тех пор Ветер и Сосна подружились. Ветер шумел, а Сосна в ответ весело смеялась и шелестела своими ветками.
Долго продолжалась дружба Сосны и Ветра. Они и до сих пор дружат.
Вторая глава Человек высокого роста в длинном балахоне с кистями, его обнажённая красная рука, которую он не сразу подал, ленивый, но мужественный голос. Длинное и худое лицо, с широким лбом, кверху плоским, книзу заостренным носом, большими зеленоватыми глазами и висячими бакенбардами песочного цвета, оно оживлялось спокойной улыбкой и выражало самоуверенность и ум. Тонкие губы, темно-белокурые волосы, длинные и густые, не скрывали крупных выпуклостей просторного черепа.
По описанию его одежды сразу становиться понятно, что перед нами человек безразличный к своему внешнему виду, его гораздо больше волнует состояние души и разума, а не излишнее щёгольство
