Объяснение:
дай
мельян Пугачев-руководитель народного восстания, он же самозванец,выступавший под именем Петра 3. На страницах "Капитанской дочки" мы видим не только исторического деятеля, но обычного человека,которомц свойственны достоинства и недостатки, ошибки и заблуждения.
Автор знакомит читателя с Пугачевым в главе 2.
Наблюдения за поведением Пугачева, описание его внешности дают интересный материал для оценки этого человека. Его динамизм, быстрота и активность реакции на окружающее, находчивость и смелость, умение общаться с людьми приноровиться к обстоятельствам очевидны уже при первой встрече.
Когда же "вожатый" предстает перед рассказчиком как руководитель восстания? " В это время из-за высоты, находившейся в полверсте от крепости, показались новые конные толпы,и вскоре степь усеялась множеством людей, вооруженных копьями и сайдаками. Между ими на белом коне ехал человек в красном кафтане с обнаженной саблей в руке:это был сам Пугачев". Гринев пока, конечно, не мог на таком расстоянии узнать своего "вожатого". Узнавание происходит чуть позже:" Пугачев сидел в креслах на крыльце комендантского дома. На нем был красный казацкий кафтан, обшитый галунами. Высокая соболья шапка с золотыми кистями была надвинута на его сверкающие глаза. Лицо его показалось мне знакомо".
Понимание роли Пугачева в событиях, присходящих в Белогорской крепости, определил капитан Миронов.
Что же узнает читатель о Пугачеве как человеке и как руководителе восстания? Он-отважный казак. И он же- неграмотный человек, с цепким и изобретательным умом, который проявляется в его поступках и решениях. Пугачев хочет воли и власти. И для него это главное. Кровь, которая льется рекой, ему не страшна. Для него хоть немного пожить на воле-предел желаний.
Мцыри” — пламенная поэма М.Ю.Лермонтова о грузинском мальчике, потерявшем свободу и родину. Почти всю свою юность Мцыри провел в монастыре. Им безраздельно овладела огромная тоска по родному дому, где он провел недолгое, но счастливое детство. Единственной его мыслью была мысль о побеге. Часто он
Бродил безмолвен, одинок,
Смотрел, вздыхая, на восток,
Томим неясною тоской
По стороне своей родной.
И Мцыри убежал. Три дня он бродил средь лесов, прятался, как зверь, от людей, испытывал недостаток в пище, но именно здесь, на воле, он был по-настоящему счастлив.
Но не только тоска по земле родной томила его сердце. Мечты юноши также были устремлены к свободе. Родившись в горах и будучи от природы свободолюбивым и независимым, Мцыри не мог жить в неволе. Попав в плен, юноша почувствовал боль и тоску. Жизнь в монастыре была для него равносильна заключению в тюрьме, его сердце жаждало совсем другого:
Я мало жил, и жил в плену.
Таких две жизни за одну,
Но только полную тревог,
Я променял бы, если б мог.
Мцыри был очень одинок, и в этом его бессилие. Он сравнивал себя с листком, оторванным грозою. Здесь у него не было ни матери, ни отца, ни братьев, ни сестер, ни хороших, надежных друзей. В душе я клятву произнес:
Хотя на миг когда-нибудь
Мою пылающую грудь
Прижать с тоской к груди другой,
Хоть незнакомой, но родной.
А также Мцыри совершил побег с целью “узнать, для воли иль тюрьмы на этот свет родимся мы”. Он видел, как монахи добровольно отреклись от всех радостей жизни. И поэтому Мцыри стремится также “узнать, прекрасна ли земля”. И когда, увидев, что проблуждав три дня, он опять вернулся к своей тюрьме — монастьфю, юноша испытывает огромное чувство горечи и разочарования. Про звон монастырского колокола, по которому он узнал, что вернулся обратно, Мцыри говорит:
Объяснение:
В тот день, о котором идет речь, мальчик проснулся с новой мечтой, которая захватила всю его душу. Для него только-только открылись «еще неизведанные радости: иметь свои собственные книжки с картинками, пенал, цветные карандаши — непременно цветные! — и выучиться читать, рисовать и писать цифры». И как это часто бывает в детстве, он хотел все это «сразу в один день, как можно скорее». Дядя по каким-то своим «взрослым» причинам не мог или не хотел выполнить свое обещание сию минуту. И постарался найти причину, почему бы этого не делать. Сердце подсказывало дяде, что он совершает в эту минуту «великий грех» — лишает ребенка счастья, радости, но на ему пришло «взрослое» правило: «Вредно, не полагается баловать детей». И он твердо отрезал: «Завтра». Но как мучительно для ребенка ожидание этого «завтра», кажется, что это «завтра» никогда не наступит. Дети не умеют притворяться и лукавить, кривить душой. Все их чувства и эмоции на виду. Ребенок не может совладать с нахлынувшими на него чувствами: «радость, смешанная с нетерпением», все больше и больше овладевает им. Он «бесновался, с грохотом валял стулья, бил ногами в пол, звонко вскрикивал от переполнявшей... сердце радостной надежды...» Ему казалось, что «жизнь со всего размаха ударила» его «тупым ножом обиды», и он «закатился бешеным криком боли, призывом на Но и тут не дрогнул ни один мускул на лице жизни»: взрослые (мама, бабушка, дядя) считали своей обязанностью пресечь «дурные» наклонности мальчика, призвать к послушанию, заставить его смириться.
Мальчик не унимался. И терпение взрослых, а оно не всегда бывает бесконечным, закончилось. Они устали делать над собой усилия, разыгрывать роль спокойных и рассудительных, они больше не могли скрыть своего раздражения. А дядя даже отшлепал расшалившегося ребенка и вытолкал из комнаты.
Беда в том, что взрослые очень часто забывают, что они тоже были детьми, что в детстве многие вещи воспринимаются по-другому. Дети не умеют еще жить умом, подчинять свои действия рассудку, логике. Зато они чувствуют сердцем, душой. «Перестрадав свое горе», сердце ребенка возвращается к заветной мечте «с новой страстью», и он забывает и свою обиду, и свое самолюбие, и свое твердое решение ненавидеть.
Детство неповторимая пора в жизни человека: оно может навсегда запечатлеть в памяти светлое и значительное, а может ожесточить, озлобить, воспитать недоверие к людям. Как замечательно, что дядя осознал свою ошибку, устыдился своего внезапного приступа злобы и выполнил обещание. И детское сердце оттаяло — оно отходчиво, оно прощать. И вот уже радостью сияют глаза, и ребенок снова любить и быть нежным. А взрослый человек, в свою очередь, умилен и растроган такой отзывчивостью и уже наслаждается радостью ребенка, радуется вместе с ним.
Как замечательно, что взрослые еще не разучились понимать детскую душу. Годы заставляют взглянуть на печали и радости детства по-новому, осознать свою вину перед детьми. Автор напоминает и взрослым и детям, как важно сохранять естественность, искренность, гармонию в отношениях, уметь просить прощения и прощать.