В повести-сказке Александра Грина “Алые паруса” отчетливо просматривается резкое разделение людей на два мира. Это мир мечтательницы Ассоль и мир обывателей, ее окружающих. Ассоль рано потеряла мать, а отец ее начал зарабатывать на жизнь изготовлением и продажей игрушек. Мир игрушек, в котором жила Ассоль, естественно, формировал ее характер. А в жизни ей пришлось столкнуться со сплетнями и злом. Вполне закономерно, что реальный мир испугал ее. Убегая от него, пытаясь сохранить в своем сердце чувство прекрасного, она поверила в красивую сказку об алых парусах, рассказанную ей добром человеком. Этот добрый, но несчастный человек, несомненно, желал ей добра, а обернулась его сказка страданиями для нее. И все же именно сказка ей не опуститься в болото обывательской жизни
Когда и где возник сборник сказок «Тысяча и одна ночь». Начинается он приготовлением к пиру в доме трех сестер, к которому присоединяется носильщик продуктов. Затем стучатся трое путников, оказывающихся потом принцами, и легендарный калиф Гарун-аль-Рашид, но все дают обязательство не спрашивать хозяек о том, что они видят. Однако поведение сестер с двумя собаками так странно, что гости нарушают обещание не спрашивать ничего и взамен этого принуждены сами рассказать им свои приключения. И вот, как три луча из одного ствола вырастают из этого пролога три рассказа салуков, совершенно независимые друг от друга, и могущие без всяких изменений фигурировать совсем отдельно. Тут можно было бы и закончить рассказ, но автор заставляет Гарун-аль-Рашида после его возвращения домой с этой вечеринки еще раз собрать всех участников пиршества в своем дворце, и по его требованию опять, как два луча из того же стебля вырастают совершенно независимые от всего предшествовавшего между собою рассказы двух старших сестер, выслушав которые Гарун-аль-Рашид устраивает всеобщее бракосочетание присутствующих, замыкая все лучи в одном эпилоге. Такой лучистый тип рассказов, где пролог сменяется несколькими независимыми рассказами присутствующих, каждого о себе, и затем заканчивается общим для них эпилогом, является после суставчатого типа второй ступенью эволюции беллетристического творчества, как бы подготовкой к позвоночному типу новейших романов. И этот тип был довольно распространенным в начале эпохи Возрождения. Он характеризуется фантастичностью отдельных рассказов. Герои их очень часто говорят совершенно неестественно, вставляя в свои реплики, как здесь, целые стихотворения, которые им, конечно, не было времени сочинять, и рядом с сентиментальностью речей и с изысканным эротизмом поступков часто фигурирует крайняя жестокость нравов.В эпилоге рассказа автор часто забывает ту характеристику, какую он дал действующим лицам в прологе. Так, например здесь девицы, раздевавшиеся перед зашедшим к ним молодым носильщиком догола, бросавшиеся к нему на шею и на колени, и сажавшие его самого обнаженного на колени к себе, оказались в конце чрезвычайно целомудренными, а одна из них Амина была даже дважды замужняя: сначала за одним богатым и скоро умершим стариком, а затем за истязавшим ее из несправедливой ревности сыном самого Гарун-аль-Рашида, которому ее снова возвратили. А что сделал бы этот сын, если б увидел ее вдобавок еще голою на коленях у голого же молодого носильщика в прологе к этому рассказу?Такого рода сборные фантастические произведения, из каких составлен сборник «Тысяча и одна ночь», как раз характеричны для средневековья европейской литературы, а потому естественно возникает вопрос: где же он составлен?Нам говорят:Зерном этого огромного сборника сказок было затерянное неизвестно где и как собрание персидских сказаний под названием «Хезар Эфсанэ», т. е. «Тысяча сказок», откуда, будто бы заимствована и уловка Шехерезады избавиться от грозящей ей каждое утро казни.«В эти удобные рамки, — говорят нам, — вошло помимо основных персидских рассказов множество вставных анекдотов, и все это в разное время изменялось, дополнялось разными рассказчиками. Ни о какой хронологии не может быть и речи. Гарун-аль-Рашид, очень часто фигурирующий здесь, умер по исторической традиции в 809 году, а потому и древнейшие из этих сказок были не ранее IX века нашей эры, но по ряду других указаний его составление относят к XV веку, дата, которая вошла и в энциклопедические словари».
Гениальный драматург, талантливый поэт и композитор, выдающийся дипломат, А.С. Грибоедов, по словам Белинского, принадлежал «к самым могучим проявлением русского духа». Бессмертной комедией «Горе от ума», «жемчужиной» русской сцены Грибоедов положил начало расцвету русской реалистической драматургии. Замысел комедии «Горе от ума», по-видимому, возникает у Грибоедова в 1816году. В Петербурге осенью 1824года работа была закончена, но в 1825году писатель вносил в текст отдельные поправки. Неслыханным был успех комедии. Блестящую и глубокую характеристику «Горе от ума» дал Пушкин. По мнению поэта, цель комедии – «характеры и резкая картина нравов». Комедия, по словам Белинского, явилась «страстным протестом против гнусной действительности, против чиновников-взяточников, против светского общества, невежества, добровольного холопства…» Грибоедов дал своей комедии целую галерею живых и ярких образов дворянского общества, представителей «века минувшего». Это Фамусов – богатый барин помещик и крупный чиновник. Он известный человек в кругу московского барства. Фамусов – убежденный крепостник, готовый в гневе сослать в Сибирь своих крепостных слуг, яростный ненавистник просвещенья, низкопоклонник, льстец, человек лишенный истинного достоинства и чести, пресмыкающийся перед «высшими» для получения чинов и богатства. Рядом с Фамусовым в комедии стоит Скалозуб, который «метит в генералы». Полковник Скалозуб – гость в доме Фамусова, он типичный представитель аракчивщины в армии, тип офицера-карьериста. В умственном отношении он человек недалекий. «Он слова умного не выговорил сразу,»- замечает Софья. Службист, верный охранник самодержавно-крепостнического строя, враг просвещения – таков Скалозуб. Мир Фамусова, его гостей состоит не только из крепостников-тузов, но и из прислуживающих им, подхалимствующих чиновников-«молчалиных». Создавая характер Молчалина, Грибоедов показал растлевающее влияние крепостническо-чиновничьей морали на развитие и поведение человека, зависимого от «фамусовского» общества. Молчалин стал нарицательным обозначением пошлости и лакейства. Характерные черты Молчалина: стремление к карьере, умение подслужиться, лицемерие, немногословность, боязнь высказывать свои суждения. Он искренне недоумевает, как в маленьких чинах «можно сметь свое суждение иметь». Совершая подлый поступок, он даже не понимает, что это подлость. Молчалин вырос в символ рабского молчания, к которому страмились приучить Россию сначала Аракчеев, а затем Николай1. «Ведь нынче любят бессловных,»-говорил Чацкий. Познакомимся более глубоко с гостями, прибывшими на бал в дом Фамусова. Это большое и пестрое общество. Здесь властная, капризная, влиятельная старуха Хлестова, явившаяся с собачкой, и Графиня-бабушка с графиней-внучкой, злой и высокомерной сплетницей, и чета князей Тугоуховских с шестью дочерьми, интересующихся только фасонами платьев, и Наталья Дмитриевна, избалованная молодая дама, превратившая добряка мужа в безвольного раба. Незримо здесь присутствует и княгиня Мария Алексеевна, грозная законодательница общественного мнения, и известная Татьяна Юрьевна, которая дает балы «от рождества и до поста, и летом праздники на даче». Картина быта, нравов и настроений «фамусовской» Москвы нарисована в комедии ярко и смело. Перед нами толпа разных людей, пустых, бездушных и подлых. Стихия этой среды: сплетни и злословия. Здесь знают каждого дворянина и скажут кто богат, и кто беден, и сколько крепостных душ у Чацкого: «Четыреста; Нет! Триста». И Хлестова добавит обиженно: «Уж чужих имений мне не знать.» Эта объединенная команда почувствовала в речах Чацкого идейного врага и мгновенно подхватила сплетню о сумасшествии Чацкого. Причину они, гости Фамусова, видят в просвещении: « И впрямь сойдешь с ума от этих, от одних, от пансионов, школ, лицеев…» Еще более категоричен Фамусов: «Ученье – вот чума, Ученость – вот причина.» В этом обществе нужно думать так, как все, здесь грех не беда молва не хороша. Неудивительно, что это общество отторгает от себя Чацкого, как нечто чуждое, инородное. Грибоедов остался в истории русской литературы автором единственного произведения, но эта комедия называется «жемчужиной» русской драматургии.
