В городе Муроме правил князь Павел. Когда же его не бывало дома, к его жене являлся летающий огненный змей на блуд. Другим людям он казался князем Павлом. Княгиня во всем призналась своему мужу. Он велел жене выспросить у змея, от чего тому смерть может прийти. Змей рассказал княгине, что смерть его будет «от Петрова плеча, от Агрикова меча».
У князя был брат по имени Петр. Он решил убить змея, но не знал, где взять Агриков меч. Один раз в церкви женского Воздвиженского монастыря ребёнок показал ему Агриков меч, который лежал в щели между камней алтарной стены. Князь взял меч.
Однажды Пётр пришёл к брату. Тот был дома. Потом Петр пошёл к снохе и увидел, что брат уже сидит у неё. Павел объяснил, что змей умеет принимать его облик. Тогда Пётр велел брату никуда не уходить, взял Агриков меч, пришёл к снохе и убил змея. Змей принял своё обличье и, умирая, обрызгал Петра кровью, от которой тот заболел проказой. От болезни никто не мог его излечить. Предание гласит[3], что князю во сне было открыто, будто его может исцелить дочь «древолазца» (бортника), добывавшего дикий мёд, — Феврония, крестьянка села Ласково в Рязанской земле. Феврония в качестве платы за лечение пожелала, чтобы князь женился на ней после исцеления, князь пообещал на ней жениться. Феврония исцелила князя, однако он не сдержал своего слова, поскольку Феврония была простолюдинкой. Но в процессе лечения Феврония намеренно не залечила один струп на теле князя, из-за чего болезнь возобновилась, Феврония вновь вылечила Петра, и он женился на ней.
Когда Пётр наследовал княжение после брата, бояре не захотели иметь княгиню простого звания, заявив ему: «Или отпусти жену, которая своим происхождением оскорбляет знатных барынь, или оставь Муром». Князь взял Февронию, и на двух кораблях они отплыли по Оке.
В Муроме же началась смута, многие пустились домогаться освободившегося престола, начались убийства. Тогда бояре попросили князя с женой вернуться. Князь и княгиня вернулись, и Феврония в дальнейшем сумела заслужить любовь горожан.
В преклонных летах приняв монашеский постриг в разных монастырях с именами Давид и Евфросиния, они молили Бога, чтобы им умереть в один день, и завещали тела их положить в одном гробу, заранее приготовив гробницу из одного камня, с тонкой перегородкой. Скончались они в один день и час.
Сочтя погребение в одном гробу несовместимым с монашеским званием, их тела положили в разных обителях, но на следующий день они оказались вместе.
Родился Виктор Драгунский 30 ноября 1913 года в Нью-Йорке, в семье эмигрантов из России. Однако в 1914 году семья вернулась обратно в Россию и осела в Гомеле, где и его детство. В 1925 году семья переехала в Москву. Виктор рано начал работать, чтобы обеспечить себе пропитание. Однако он не сразу стал писателем. После окончания школы работал токарем на заводе, шорником, лодочником, бакенщиком. С 1931–1936 годы учился актерскому ремеслу в «Литературно-театральных мастерских» студии А. Дикого. С 1935 года началась его актерская биография: он был артистом театра и эстрады, несколько лет руководил театром «Синяя птичка» (1948–1958 г.). Коллектив его мгновенно прославился. А ещё Виктор Драгунский работал Дедом Морозом на ёлках.Слайд 5Был он так же клоуном в цирке на Цветном Бульваре, рыжим клоуном в лохматом рыжем парике. А клоуном быть очень трудно, ведь он должен уметь и фокусы показывать, и сальто делать, и по канату ходить, и танцевать, и петь, и с животными уметь общаться. Виктор Драгунский всё это умел.Во время Великой Отечественной войны (1941–1945) был в ополчении, затем выступал с фронтовыми концертными бригадами. Всего пятьдесят восемь лет отмерила ему судьба, но кажется, что он прожил несколько жизней.Драгунский прожил одну, но на редкость многообразную, насыщенную, напряженную и цельную жизнь. Ему выпала редкая участь – быть ни на кого не похожим, создать свой стиль и в жизни, и в творчестве.Слайд 7Когда у Виктора Драгунского родился сын – Денис, с ним начали случаться всякие смешные истории. Драгунский стал эти истории записывать, и получились «Денискины рассказы».Первые рассказы о Дениске были опубликованы в журнале «Мурзилка» в 1959 году, а первая книжка из 16 рассказов вышла в 1961 году под названием «Он живой и светится». Денискиных приключений становилось всё больше и больше. Всего было написано около девяноста веселых рассказов.Эти рассказы принесли писателю заслуженную славу. Отец в этих рассказах – сам Виктор Юзефович, а Дениска – это его сын, который, повзрослев, стал преуспевающим литератором, и в нем трудно найти черты прежнего мальчишки, который мог самозабвенно полюбить «Девочку на шаре» и врать про «Пожар во флигеле». В его рассказах светлое и нежное чувство всегда одерживает победу над плоской и тяжеловесной житейщиной.«Денискины рассказы» хороши не только потому, что с необыкновенной точностью передают психологию ребёнка: в них отразилось светлое восприятие мира. В центре рассказов стоят: пытливый и деятельный Дениска, и его друг мечтательный, медлительный Мишка. Только литературное творчество смогло вобрать в себя весь его громадный жизненный опыт, знание и понимание людей, суммировать все узнанное и осветить нежной любовью к людям, маленьким и взрослым, и наделить долгой жизнью. Так оно и осталось!Его книги читают не только у нас в России, но и на Украине, и в Молдавии, и в Узбекистане, и в Азербайджане, и в Норвегии, и в Чехии, и в Германии, и даже в Японии.Так что если вдруг кому-нибудь из вас станет грустно, берите и читайте «Денискины рассказы». А сейчас, мы с вами поговорим о некоторых рассказах В.Ю. Драгунского. Первый рассказ – «Он живой и светится …».
1. Творческий поэтический труд. Онегин не привык трудиться, поэтому и его задумка начать сочинять не приносит плоды. "Хотел писать - но труд упорный Ему был тошен: ничего Не вышло из пера его...". Пушкин же слышит "голос лирный", видит "творческие сны". 2. Отношение к театру. Пушкин называет театр "волшебным краем". Он восхищен театром. Онегин же не находит ничего дивного. Когда Евгений приходит в театр, то, глядя на сцену, зевает и отворачивается. 3. Проявление любви. Пушкин умеет любить по-настоящему. Он трепетно вспоминает о своих чувствах. Онегин же в любви был лицемерен. Он "порой блистал послушною слезой", "в сердечных письмах... небрежен". 4. Отношение к деревне. Пушкин любит деревню. Он "был рожден для жизни мирной, Для деревенской тишины". Евгений в деревне скучает. Он едет туда, чтобы убежать от скуки, но она настигает его и там. Он не восхищен красотой природы, слишком быстро ему приедается деревенский пейзаж.
У князя был брат по имени Петр. Он решил убить змея, но не знал, где взять Агриков меч. Один раз в церкви женского Воздвиженского монастыря ребёнок показал ему Агриков меч, который лежал в щели между камней алтарной стены. Князь взял меч.
Однажды Пётр пришёл к брату. Тот был дома. Потом Петр пошёл к снохе и увидел, что брат уже сидит у неё. Павел объяснил, что змей умеет принимать его облик. Тогда Пётр велел брату никуда не уходить, взял Агриков меч, пришёл к снохе и убил змея. Змей принял своё обличье и, умирая, обрызгал Петра кровью, от которой тот заболел проказой. От болезни никто не мог его излечить. Предание гласит[3], что князю во сне было открыто, будто его может исцелить дочь «древолазца» (бортника), добывавшего дикий мёд, — Феврония, крестьянка села Ласково в Рязанской земле. Феврония в качестве платы за лечение пожелала, чтобы князь женился на ней после исцеления, князь пообещал на ней жениться. Феврония исцелила князя, однако он не сдержал своего слова, поскольку Феврония была простолюдинкой. Но в процессе лечения Феврония намеренно не залечила один струп на теле князя, из-за чего болезнь возобновилась, Феврония вновь вылечила Петра, и он женился на ней.
Когда Пётр наследовал княжение после брата, бояре не захотели иметь княгиню простого звания, заявив ему: «Или отпусти жену, которая своим происхождением оскорбляет знатных барынь, или оставь Муром». Князь взял Февронию, и на двух кораблях они отплыли по Оке.
В Муроме же началась смута, многие пустились домогаться освободившегося престола, начались убийства. Тогда бояре попросили князя с женой вернуться. Князь и княгиня вернулись, и Феврония в дальнейшем сумела заслужить любовь горожан.
В преклонных летах приняв монашеский постриг в разных монастырях с именами Давид и Евфросиния, они молили Бога, чтобы им умереть в один день, и завещали тела их положить в одном гробу, заранее приготовив гробницу из одного камня, с тонкой перегородкой. Скончались они в один день и час.
Сочтя погребение в одном гробу несовместимым с монашеским званием, их тела положили в разных обителях, но на следующий день они оказались вместе.