Очень давно я служил агрономом.Однажды услыхал разговор и записал услышанное . Занося с клочка бересты в тетрадку диалог, я почувствовал желание писать не о чужих словах, а о себе. Года проходили, одна тетрадка ложилась на другую , и так собиралась моя словесная кладовая. Никакие сокровища не могли возместить ее. Очень многим рисковал, чтобы записи.Однажды поселился в селе Брыни Случился пожар. Прибежал и увидел, что мой дом еще цел. Влетел туда, бросился к тетрадкам, схватил их и с тех пор бережно храню. Они не раз выручали меня из ещё большей беды, чем пожар.
Еще с весны, когда даже на северной стороне около плетней стал оседать, истекая прозрачной влагой, последний снег, пара диких голубей-сизарей полюбила соседское подворье. Они долго кружились над хатой, #с каждым кругом снижаясь все больше,# а потом опустились возле погреба, до самой земли и легко, #невесомо взмыв#, сели на крышу хаты. Долго сидели, #настороженно поводя головками во все стороны#, #осматриваясь#, #привыкая к новому месту#; потом голубь с щеголеватой брезгливостью, #высоко поднимая малинового цвета лапки по грязному мелу,# насыпанному вокруг трубы#, вобрал и слегка откинул назад голову и, #блистая тусклой радугой оперенья на вздувшемся зобу#, неуверенно заворковал. А голубка скользнула вниз, на лету два раза звучно хлопнула крыльями и, #описав полукруг#, села на отставший от стены наличник окна разметновской горницы. Что же иное могло означать двукратное хлопанье крыльями, как не приглашение своему дружечке следовать за ней.
Объяснение: