Если кто то взял в руки крольчат, то самка может их просто бросить и они погибнут от холода и голода. Причиной гибели может быть и то что самочка ещё молодая и неопытная. Или клеточка слишком тесная и она могла их подмять. Причиной может быть и родственное спаривание. Если спарились кролики из одного помёта то они как правило дают очень слабое потомство.
Несмотря на отсутствие промежуточной стадии характерной для полного превращения, насекомые с неполным превращением являются абсолютно такими же насекомые. Количество стадий, скорость перехода и другие особенности связаны только с ареалом обитания насекомых. Например, стадии развития тлей определяются количеством доступных пищевых запасов на протяжении всего развития.
При полном превращении насекомые имеют кардинальные внешние отличия на всех этапах развития, в то время как насекомые с неполным метаморфозом имеют чуть меньше существенной разницы во внешнем виде.
Вероятно, на Земле нет ни одной страны, в которой не существует мифов, сказок или легенд о растениях. И это не случайно. Любуясь красотой великолепных цветов и могучих деревьев, древний человек задумывался о том, какие сверхъестественные силы их породили. Согласно мифологии многих народов растения были созданы всемогущими богами плодородия, которые покровительствовали травам, цветам и деревьям.
В Древнем Египте богом растительности был Нефертум, в Древнем Вавилоне - Таммуз (Думузи) , в Древней Греции - Деметра, Прозерпина и Дионис, а в Древнем Риме - Флора и Вакх. В мифах о растениях также отразились представления людей о ежегодной смене времен года и единстве жизни и смерти в природе.
В Древней Греции существовало несколько так называемых <растительных божеств>, которые олицетворяли умирающую и воскресающую природу. Среди них был Гиацинт. С особым почтением к нему относились в городе Амиклы, где в честь Гиацинта отмечался особый праздник - гиакинфий. Во время этого торжества Гиацинту приносили жертвоприношения.
Часто легенды и предания возникали благодаря оригинальной, необычной форме корней, листьев, цветков или плодов растений. Например, из-за сердцеобразной формы цветков дицентры, поверья, в которых фигурирует это растение, почти всегда имеют отношение к любви.
С нежностью и трепетом относились к цветам на Востоке. <Если всю жизнь хочешь быть счастливым, разводи цветы> - сказал один из восточных мудрецов. В японской мифологии особым почтением пользовались четыре "благородных" растения: хризантема, сакура, бамбук, орхидея. Каждое из них символизировало одно из самых прекрасных человеческих качеств - честность, мужество, молодость и дружбу, а также четыре времени года - осень, зиму, лето и весну.
Эти растения были воспеты в поражающих своей красотой и лиричностью восточных мифах и легендах, а также в стихотворных строках древних японских и китайских поэтов. Пион был любимым цветком китайцев. Разведение этих растений в Китае всегда считалось занятием, которому покровительствуют боги.
Волшебные, чудодейственные свойства во многих культурах приписывались лекарственным растениям. Немало легенд и сказаний сложено, например, о женьшене. Древние китайцы верили, что корень женьшеня имеет необычайную, всеисцеляющую силу. Вероятно, поэтому возникла легенда о том, что женьшень, или панцуй, как его называют китайцы, умеет превращаться не только в лесных зверей, но и в человека.
Мифы и сказания о растениях играли важную роль в фольклоре и наших предков - древних славян. Вспомним, например, знаменитый языческий праздник Ивана Купалы, который проводили в пору летнего солнцестояния. Многие знают, что с этим праздником связана легенда о цветущем папоротнике. Однако не всем известно, что согласно тем же преданиям, в ночь на Ивана Купалу всего на несколько мгновений вырастает волшебная разрыв-трава. Древние славяне верили, что с этого чудесного растения можно найти несметные клады и открыть двери любой темницы.
Сколько волшебных историй, легенд и мифов можно вспомнить, глядя на те или иные растения. Вот самовлюбленные нарциссы смотрятся в зеркальную водную гладь, тут алые адонисы напоминают нам о крови погибшего возлюбленного Афродиты, а дальше раскидистый куст сирени вдруг на мгновение покажется нам испуганной нимфой Сирингой.
