Флора Атлантики включает как водоросли, так и цветковые растения (посейдония, зостера). В холодных водах преобладают различные виды ламинарии, в умеренных - фукусы, красные водоросли (литотамнион. родимения, фурцелярия) и зостера. В тропических водах водорослей мало. Сильный прогрев воды и чрезмерное освещение прибрежных донных участков неблаготворно влияют на развитие растительного мира. Тем не менее, видовое разнообразие растительности в экваториальных водах в десятки раз превосходит холодные участки океана. Но количественный показатель значительно ниже, чем в умеренных и северных широтах. Во всем океане на глубине до 100 м активно развивается фитопланктон
Фауна Атлантического океана представлена самыми разнообразными царствами, классами, семействами и видами животных. Для развития форм жизни его воды на большей площади очень благоприятны. Уже тот факт, что мировой улов в Атлантике почти равен улову в Тихом океане, значительно превышающем Атлантический по площади, говорит о многом. Нет смысла перечислять все виды рыб и животных, которые обитают в атлантических водах - эта процедура займет немало времени и страниц сайта. Можно сказать лишь, что здесь присутствуют почти все представители водного мира планеты. Разве только некоторые виды имеют местные отличительные признаки и различия с родственниками из соседних океанов. Наиболее важными объектами рыболовного промысла являются сельди, сардины, тресковые, морские окуни, камбалы. Добывают и ракообразных: омаров. крабов, лангустов, креветок. Из моллюсков - устриц, мидий, кальмаров, каракатиц и т.д.
Чаще всего, когда мы говорим о «средневековой Европе» , то имеем в виду только западную и центральную ее части. Якобы «общая империя» – Священная Римская империя германской нации – фактически была не общей, а ограниченной в пространстве, поскольку уравновешивалась Византийской империей на юго‑востоке. Точно также и римско‑католическая церковь признавалась не всеми; многие восточно‑европейские народы отдавали предпочтение греческому православию. А, как мы только что видели, экономические и социальные основы византийского Востока заметно отличались от таковых на феодальном Западе.
Следовательно, мы должны признать существование не одной, а двух средневековых Европ – Западной и Восточной. При этом историческая роль Восточной Европы долгое время недооценивалась. Даже сейчас в общих работах по средневековой истории под «Европой» обычно подразумевают Западную Европу, а к Восточной Европе относятся как к ненужному придатку, если вообще принимают во внимание.
Этнически Западную Европу населяют, по большей части, романские и германские народы, Восточную – славяне, греки и несколько других групп. В пренебрежении к восточно‑европейской истории не последнюю роль, несомненно, сыграли расовые предрассудки, особенно традиционное презрение германцев к славянам. Показательно, что даже такой выдающийся мыслитель как Гегель не нашел места для славян в своей «Философии истории» . Как он объясняет:
"Эти племена, действительно, основали государства и успешно противостояли различным народам, встававшим на их пути. Иногда они, как авангард – как нация, находившаяся между Западом и Востоком принимали участие в борьбе между христианской Европой и нехристианской Азией. Поляки даже освободили осажденную Вену от турок; и славяне были, в определенной степени, вовлечены в орбиту Западного Разума. Однако вся эта группа народов остается вне нашего рассмотрения, потому что до сих пор она не выступала как самостоятельный элемент в ряду обнаружения Разума в Мире "[5].
О степени влияния националистических теорий даже на современные американские гуманитарные науки можно судить по труду Джона Бургеса «Основы политической науки» , впервые опубликованному в 1917 г. и переизданному в 1933 г. По мнению этого автора греки и славяне продемонстрировали "низкий уровень политической " («a low order of political genius»), и поэтому"совершенно необходимо, чтобы политическая организация, на самом высоком уровне, греческой и славянской наций была бы взята на себя иноземной политической силой "[6]. Далее он предлагает, что германские народы "как политические нации по преимуществу ", должны бы "принять на себя руководство созданием и управлением государств "[7].
Единственная причина, по которой американский ученый мог дать подобный совет, кроется в непонимании исторической роли греческого и славянских народов.
Относительно греков старое неведение и предрассудки были давно развеяны, благодаря блестящему развитию византинистики. Со времени появления в XVII веке работ великого Дю Канжа и других исследователей византологическая традиция поддерживалась целым рядом французских и бельгийских ученых, а также русскими, немецкими, английскими, американскими, итальянскими, венгерскими, румынскими, польскими, чешскими, болгарскими, югославскими византинистами и, конечно, самими греками. Огромный прогресс в этой области был достигнут за последние пятьдесят лет, и великая историческая роль Византии теперь ясна всем.